март 22

1. Формирование корпуса. Кадровые чистки в областной комсомольской организации

27 сентября 1937 г. постановлением ЦИК СССР «О разделении Воронежской области на Тамбовскую и Воронежскую области» была образована Тамбовская область как самостоятельная административная единица. В ее состав вошли 48 районов – 26 из Воронежской и 22 из Куйбышевской областей, а также города Мичуринск, Тамбов, Пенза. В таких границах новая область просуществовала менее полутора лет. Современные административные границы были установлены Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 февраля 1939 г. о разделении Тамбовской области на две – Пензенскую и Тамбовскую. В состав Пензенской области отошли 24 района. К 24 районам, оставшимся в составе Тамбовской области, были присоединены 14 районов Воронежской области и 4 района Рязанской. На 1 марта 1939 г. население области насчитывало  1 млн. 882 тыс. человек (в т.ч. сельской 1 млн. 601 тыс., городское – 281 тыс.)[1].

Становление Тамбовской области проходило в довольно сложных условиях. Частая смена руководящего состава области из-за политики массовых репрессий в этот период дестабилизировала сложившуюся кадровую ситуацию. Было репрессировано большинство первых областных руководителей — членов Оргбюро ЦК ВКП(б) и Оргкомитета ВЦИК по Тамбовской области (Г.А. Аникин, И.К. Седин, И.А. Чуканов и др.)[2].

Несмотря на острый недостаток подготовленных квалифицированных кадров и материально-технических средств, в области решались важнейшие проблемы обеспечения топливом, строительства машинно-тракторных станций, объектов промышленности, социально-культурной сферы, велась борьба с эпидемиями сыпного тифа, заболеваемостью туберкулезом.

Значимым функциональным элементом советской общественно-политической системы, оказывавшим в различных формах и степени воздействия на социальные, духовные, политические процессы, определившие специфический облик советского периода российской истории, являлся комсомол – самая массовая молодежная организация в отечественной истории[3].

Анализ личных дел номенклатурных комсомольских работников позволяет выявить основные особенности социального происхождения, национального и гендерного состава, возраста, образования и специфику должностного роста секретарей областного, городских и районных комитетов комсомола в первые годы существования Тамбовской области[4]. В этот период на интересующих нас должностях работало 176 человек (в обкоме – 3, горкомах – 15, райкомах – 158).

Изучение экономо-географической характеристики местности, в которой родились будущие молодежные лидеры, показало, что 90 % из них являлись выходцами из сельской местности и лишь 10 % – из городской среды. Причем на областном уровне удельный вес «сельчан» в составе комсомольской элиты составлял 100 %, на районном 91 %. Всего в 12 из 38 райкомов отмечены разовые назначения «горожан».

Нельзя сказать о наличии преимуществ уроженцев Тамбовской губернии при выдвижении на руководящие должности. Из всего предвоенного состава первых секретарей обкома и горкомов менее половины (44 %) родились в Тамбовской губернии. Выходцы из Воронежской губернии составляли 17 %, Курской и Саратовской – по 11 %, Могилевской, Рязанской и Смоленской – по 5 %. При этом ни один из секретарей обкома комсомола не являлся уроженцем Тамбовской области. Лишь 33 % секретарей Тамбовского горкома – тамбовцы. В г. Мичуринске этот показатель составил 50 % (самый высокий по области).

Активное назначение на руководящие должности «своих» началось в 1940 г. Так, в образованных в 1940 г. Котовском и в 1941 г. Моршанском горкомах секретарями (при по-прежнему частой их смене) работали уже только тамбовцы.

В районных комсомольских органах коренных жителей области среди первых секретарей было значительно больше – 62 %. Уроженцы Воронежской губернии составляли 18 %, Курской и Рязанской – по 4 %. В Инжавинском, Лысогорском, Полетаевском, Ракшинском, Рассказовском и Токаревском районах райкомы на протяжении всего рассматриваемого периода 100 % первых секретарей имели тамбовские корни.

Изучение гендерного состава позволяет сделать однозначный вывод о подавляющем большинстве мужчин среди комсомольских лидеров (в Тамбовском регионе – 89 %; причем в 23 из 38 райкомов – 100 %). После решения V пленума ЦК ВЛКСМ (март 1938 г.), подвергшего резкой критике ЦК ЛКСМ Азербайджана за то, что в республике на руководящей комсомольской работе не было ни одной девушки, по всей стране началось выдвижение женской молодежи в комсомольские органы[5]. Тамбовская область не стала исключением. В 1937-1939 гг. женщины ни разу не избирались секретарями обкома, а также Котовского и Тамбовского горкомов ВЛСКМ. Первые подобные назначения отмечены в 1940-1941 гг. в Мичуринске и Моршанске, а также ряде районов области (Бондарский, Волчковский, Глазковский, Дегтянский, Каменский, Мордовский, Петровский, Покрово-Марфинский, Полетаевский, Ракшинский, Рудовский, Староюрьевский, Тамбовский, Туголуковский, Юрловский).

Анализ возрастных характеристик показал следующий результат: средний возраст секретарей при назначении их на должности составлял в Тамбовском обкоме – 29 лет, в горкомах – 27 лет (соответственно в Котовском – 25, Мичуринском – 27, Моршанском – 26, Тамбовском – 29), райкомах – 25,5 лет. Средний возраст мужчин – комсомольских лидеров – 26 лет, женщин – 23 года. Самые молодые лидеры работали в Лысогорском райкоме (21,5 год), самые возрастные – в Кирсановском (28,5 лет).

Национальный состав комсомольской элиты разнообразием не отличался: русских насчитывалось свыше 94 % (в т.ч. в обкоме и горкомах – 89 %, райкомах – 95 %), украинцев – 4 % (в обкоме и горкомах – 5,5 %, райкомах – 4 %), белорусов – свыше 1 % (в обкоме и горкомах – 0 %, райкомах – 1 %) и евреев – 0,5 % (в обкоме и горкомах – 5,5 %, райкомах – 0 %).

По социальному происхождению 82 % комсомольских чиновников были выходцами из крестьянских семей, 13,5 % – из семей рабочих, 4 % – из служащих, 0,5 % – из мещан. Необходимо отметить, что секретари обкома и горкомов при заполнении анкет охотно указывали: «из рабочих» и «из служащих». Учитывая экономо-географический фактор (78 % из них – уроженцы сельской местности), можно говорить о начале формирования тенденции «выбирать» себе более благоприятные социальные корни. Известно, что в советской стране наиболее предпочтительным для номенклатурных работников любого уровня было происхождение из рабочих, наименее – из служащих.

Обязательным условием избрания на руководящие комсомольские должности являлось членство в ВЛКСМ и желательным – в ВКП(б). VIII пленум ЦК ВЛКСМ (апрель 1939 г.) принял решение о снижении требования к стажу избираемых в комитеты комсомола активистов – секретарями обкомов, крайкомов, ЦК ЛКСМ союзных республик могли избираться комсомольцы с трехлетним стажем, а секретарями горкомов, райкомов – двухлетним[6].

Что касается тамбовских комсомольских чиновников, то средний возраст вступления их в комсомол составлял 16-18 лет (в этом возрасте вступили в ВЛКСМ 53,5 % будущих первых секретарей): в 14 лет – 5 %, 15 лет – 11 %, 16 лет – 20 %, 17 лет – 17,5 %, 18 лет – 16 %, 19 лет – 12 %, 20 лет – 6 %, 21 год и 22 года – по 4,5 %, 23 года – 3 %, 24 года – 0,5 %). Таким образом, учитывая средний возраст комсомольских лидеров области на момент вступления в должность, следует подчеркнуть их вполне солидный комсомольский стаж (8‑10 лет). Не вызывает сомнения то, что значительно больший стаж пребывания в ВЛКСМ имели областные и городские молодежные лидеры (самый поздний возраст вступления в комсомол – 20 лет; соответственно, в райкомах – 24 года).

К моменту своего назначения все секретари комсомольских органов являлись членами ВКП(б) и, как правило имели двух- или трехлетний партийный стаж. Средний возраст вступления в ВКП(б) будущих первых секретарей составлял 23-24 года (в этом возрасте вступили в партию 31 % будущих первых секретарей): в 18 лет в партию вступили – 1 %, 19 лет – 2 %, 20 лет – 7 %, 21 год – 8,5 %, 22 года – 7 %, 23 года – 15 %, 24 года – 16 %, 25 лет – 9 %, 26 лет – 15 %, 27 лет – 8 %, 28 лет – 5 %, 29 лет – 2 %). Не являлись членами ВКП(б) 4,5 % молодежных лидеров (районного звена).

Анализ протоколов заседаний бюро обкома и горкомов ВЛКСМ и характеристик освобожденных комсомольских работников свидетельствует об отсутствии каких-либо специальных требований к образовательному уровню кандидатов, выдвигаемых на должности освобожденных комсомольских работников. Так, ни один из первых секретарей Тамбовского обкома ВЛКСМ довоенного периода не имел высшего образования. Такая же ситуация сложилась во всех горкомах комсомола, за исключением Тамбовского. Из 158 руководителей райкомов ВЛКСМ лишь 6 (4 %) имели высшее образование (Гавриловский – 2 чел., Первомайский, Ракшинский, Рудовский, Токаревский райкомы). В целом результаты изучения образовательного уровня комсомольских чиновников таковы: начальное образование имели 15 %, незаконченное среднее – 33,5 %, среднее, в т.ч. среднее специальное и среднее техническое (училища, техникумы, школы ФЗУ, профтехшколы, рабфак) – 43 %, незаконченное высшее – 4 %, высшее – 4,5 %. Большинство комсомольских лидеров (69,5 %) имели техническое образование (Московский институт химического машиностроения, Брянский лесной институт, Воронежский техникум путей сообщения, Тамбовский техникум механизации и т.п.), 30,5 % – гуманитарное (в подавляющем большинстве – педагогическое: Воронежский учительский институт, Тамбовский учительский институт, Тамбовский и Мичуринский педтехникумы).

В рассматриваемый период с высоких трибун часто звучали призывы  «смелее выдвигать на руководящую работу молодые кадры из числа лучших членов ВЛКСМ, стахановцев с производства, преданных делу Ленина-Сталина»[7]. Анализ комсомольских характеристик тамбовских молодежных лидеров показывает, что всего 22 % секретарей областного и городского уровней пришли «извне» (с промышленных предприятий, из сферы культуры).

Так, например, секретарь Тамбовского горкома ВЛКСМ А.А. Смицкой после окончания Московского института химического машиностроения работал инженером завода «Комсомолец». Затем в целях выполнения указаний партии об укреплении партийных и комсомольских кадров стахановцами производства в мае 1938 г. был направлен на работу в горком комсомола. По той же причине секретарем Тамбовского горкома ВЛКСМ в 1939 г. был избран Г.Т. Карпешин, окончивший Брянский лесной институт и успешно работавший до этого в Тамбовском областном управлении лесами местного значения. Однако такие назначения, как правило, имели кратковременные сроки, и спустя некоторое время прибывшие в горкомы специалисты с производства возвращались на работу по специальности. В частности, А.А. Смицкой менее чем через 5 месяцев был «отозван на завод «Комсомолец» для укрепления завода», Г.Т. Карпешин проработал секретарем горкома около года[8].

Гораздо чаще должности номенклатурных комсомольских работников занимали те, кто до этого работал на так называемой низовой комсомольской или партийной работе: 56 и 22 % соответственно. В райкомах ВЛКСМ эти показатели составляли 42,5 и 11 %. Обращает на себя внимание высокий удельный вес первых секретарей, прибывших в райкомы из образовательных учреждений (прежде всего, школ) – 18 %.

Имелись случаи, когда в целях укрепления областной и городских комсомольских организаций ЦК ВЛКСМ направлял в область «варягов» (первые секретари обкома ВЛКСМ Д.С. Казаков (май-декабрь 1938 г.) и Я.А. Плакхин (февраль 1940-сентябрь 1942 гг.)[9].

Требования, предъявляемые к комсомольским лидерам формулировались предельно конкретно: «Подбирать работников на руководящую работу по их политическим и деловым качествам, проверенных и преданных людей делу Ленина-Сталина, проверяя каждого по его деловым качествам и политической преданности…»[10].

Комсомольские характеристики первых секретарей обкома, горкомов ВЛКСМ имели примерно одинаковое содержание: «Показал себя волевым организатором, глубоко разбирающимся в партийной и комсомольской работе. Проявляет большую инициативу в изучении и постановке вопросов по улучшению работы сельских партийных, комсомольских организаций. Часто бывает в районах и колхозах области, хорошо познал сельское хозяйство. Нередко выступает с докладами перед партийным и комсомольским активами. Пользуется авторитетом среди партийного и комсомольского активов»[11]; «У него образование – неполное среднее (7 классов НСШ). Имеет хороший авторитет среди членов комсомола и беспартийной молодежи. Инициативен, имеет организаторскую способность среди молодежи. Уклонов от генеральной линии партии большевиков не имеет. Комсомольским взысканиям не подвергался»[12]; «Дисциплинирована и инициативна, часто бывает в первичных комсомольских организациях и поэтому всегда хорошо осведомлена об их работе, знает нужды и запросы комсомольцев. Политически грамотна. Правильно умеет излагать мысли. Активно выступает на партийных и комсомольских собраниях, а также в городской и областной печати. Быстро подвижна, отзывчива, но иногда бывает резкой, вспыльчивой. Пользуется хорошим авторитетом среди комсомольцев и молодежи»[13].

В качестве особых достижений отмечались перевыполнение плана сбора членских комсомольских взносов, активное участие в разоблачении вредителей и врагов народа, рост возглавляемых комсомольских организаций[14].

Политические и идеологические качества превалировали и при выдвижении на руководящие посты районных органов ВЛКСМ. Об этом свидетельствует анализ 113 характеристик молодежных лидеров районного звена (всего в предвоенный период первыми секретарями райкомов работали 158 человек). Наиболее часто отмечаемыми в характеристиках качествами номенклатурных комсомольских работников являлись:

1. Политическая грамотность (устойчивость) – 65 упоминаний (57,5 %);

2. Отсутствие партийных и (или) комсомольских взысканий – 53 (47 %);

3. Дисциплинированность – 50 (44 %);

4. Хорошее исполнение обязанностей секретаря (с работой справляется) – 39 (34,5 %);

5. Идеологическая выдержанность (устойчивость) – 38 (34 %);

6. Наличие авторитета среди коммунистов, комсомольцев, беспартийных и молодежи – 32 (28 %);

7. Отсутствие уклонов от генеральной линии партии, антипартийных поступков и выступлений – 26 (23 %);

8. Инициативность – 23 (20 %);

9-10. Работа над повышением своего идейно-политического уровня – 19 (17 %);

9-10. Энергичность, активность – 19 (17 %);

11. Добросовестное отношение к работе – 17 (15 %);

12. Отсутствие судимости – 15 (13 %);

13. Изучение «Краткого курса истории ВКП(б)» – 14 (12 %).

При назначении первых секретарей райкомов обращалось внимание  и на умение решать хозяйственные задачи: «На основе решений ХVIII съезда ВКП(б) райком ВЛКСМ правильно направил работу комсомольских организаций района в сторону разрешения хозяйственных задач»[15]; «В настоящее время райком большое внимание уделяет работе комсомольцев на весенне-полевой кампании. На полях колхозов работают более 300 комсомольцев»[16] ; «На весенне-полевой кампании неплохо были расставлены комсомольцы-агитаторы»[17]; «Комсомольцы активное участие принимают в производственной деятельности колхозов, совхозов, МТС»[18]; «Райком ВЛКСМ умело организовал работу по подготовке к зимовке скота»[19].

Фактически каждая пятая характеристика содержит критические замечания (24 из 113 – 21 %). Их спектр достаточно широк – от организационных проблем в работе до личных качеств руководителей.

Так, в характеристике первого секретаря Ракшинского райкома ВЛКСМ В.Ф. Чуфистова значится: «В связи с тем, что на работу секретаря РК ВЛКСМ избран с работы учителя, у него имеются настроения обратного ухода на учительскую работу. Несвоевременно отвечает на запросы обкома комсомола. При малом опыте комсомольской работы иногда организует работу беспланово и не всегда обобщает опыт работы РК и первичных организаций в ряде важнейших вопросов. Недостаточно ведет работу в области подготовки девушек-трактористок без отрыва от производства»[20].

В Рудовском районе секретарь райкома О.А. Галанова, «не имея достаточного организационного опыта, еще не освоилась как следует с комсомольской работой. Недостаточно организовала работу комсомольского актива, особенно постоянно действующих комиссий. Подбор членов комиссий был неудачным, пыталась укомплектовать комиссии за счет великовозрастных товарищей, причем, как правило, из райцентра. Не учитывалось их желание, деловые и политические качества»[21].

Серьезные нарекания вызывали:

- недостаточное руководство со стороны райкома работой первичных комсомольских организаций при колхозах, медленный рост первичных организаций и районной организации в целом[22];

- слабая постановка агитационно-массовой и пропагандистской работы[23];

- невыполнение плана по членским взносам[24];

- слабая (зачастую, формальная – «числятся лишь на бумаге») работа постоянно действующих комиссий[25];

- медленная перестройка работы районной комсомольской организации по выполнению хозяйственных задач, поставленных ХVIII съездом партии[26];

- слабая организация работы по подготовке девушек-трактористок без отрыва от производства[27];

- недостаточная, несистематическая работа над собой[28];

- недисциплинированность[29];

- неправильное восприятие критики[30];

- невыдержанность, грубость по отношению к отдельным комсомольцам[31];

- проявление политической беспечности (выразившееся в несоставлении актов приема-передачи дел при смене первого секретаря райкома)[32].

Вывод «с работой не справляется» с пожеланием необходимости подбора более опытного работника имеется в характеристиках комсомольских руководителей Лысогорского и Рудовского районов[33].

В целом уровень сменяемости комсомольских кадров в довоенный период был чрезвычайно высоким. Так, средний срок исполнения обязанностей первого секретаря обкома ВЛКСМ в предвоенные годы составил около 10 месяцев, горкомов ВЛКСМ – 7 месяцев (Котовского – 7, Мичуринского – 8,5, Тамбовского – 6 месяцев).

Среди причин освобождения секретарей обкома и горкомов ВЛКСМ от занимаемых должностей отметим следующие: переход на партийную работу (31 %), переход на другую (в т.ч. вышестоящую) комсомольскую работу (19 %), переход на работу по специальности (19 %), уход в РККА (6 %). Четверть секретарей (25 %) были сняты с работы во время проведения кампаний по чистке кадров.

Средний срок работы первых секретарей райкомов ВЛКСМ был несколько выше – 13 месяцев. Руководители комсомольских органов районного звена покидали занимаемые посты в связи с переходом на партийную (34 %) и другую комсомольскую (около 11,5 %) работу, службой в РККА (23 %), переходом на работу по специальности (18,5 %), переходом на советскую работу (3 %), выездом за пределы области (1,5 %), плохим состоянием здоровья (1,5 %). Репрессии затронули 7 % секретарей райкомов.

Кадровые чистки, проводимые в условиях массовых политических репрессий, не могли не коснуться верного помощника партии – комсомола. Более того, становление областного и городских комсомольских органов Тамбовской области проходило непосредственно в период «очищения рядов комсомола от лиц, недостойных носить высокое звание комсомольца»[34].

Достаточно известно высказывание Генерального секретаря ЦК ВЛКСМ А.В. Косарева на III пленуме ЦК ВЛКСМ (27 апреля – 5 мая 1937 г.): «В комсомоле мы еще не умеем, как следует, как этого требует партия, обнаруживать врагов, выискивать их и разоблачать». На IV пленуме ЦК ВЛКСМ (август 1937 г.) А.В. Косарев выступил с докладом «О работе врагов народа внутри комсомола». В докладе врагами народа был назван ряд членов Бюро и Секретариата ЦК ВЛКСМ. В ноябре 1938 г. на VII пленуме разоблачили и изгнали из ЦК ВЛКСМ «группу двурушников, политически обанкротившихся и насквозь прогнивших людей». А.В. Косарев был снят с поста Генерального секретаря ЦК ВЛКСМ, выведен из состава ЦК ВЛКСМ, арестован и приговорен к расстрелу[35].

Документы Тамбовского горкома ВЛКСМ этого времени также наполнены сведениями о многочисленных врагах народа, пробравшихся в горком. Первый секретарь горкома Г.В. Поднебеско был освобожден от должности 2 января 1938 г. (через 4 месяца с момента назначения) за «связь со своим братом – врагом народа»[36]. На этом же пленуме принято решение «избрать исполняющим обязанности секретаря ГК ВЛКСМ Резниченко, год рождения – 1908, члена ВЛКСМ с 1928 года, члена ВКП(б) с 1932 года, сына кустаря-одиночки. Отец  умер в 1918 году.  До работы в аппарате обкома ВЛКСМ работал секретарем райкома ВЛКСМ в Моршанске, образование – 7 классов»[37].

Через 2 месяца 11 марта 1938 г. На пленуме Тамбовского горкома ВЛКСМ заслушивается сообщение первого секретаря обкома ВЛКСМ И.И. Волобуева об аресте органами НКВД И.С. Резниченко как врага народа, контрреволюционера. В протоколе значится: «Пленум Тамбовского горкома ВЛКСМ отмечает, что в результате политической беспечности и близорукости, проявленной пленумом ГК ВЛКСМ, а также и обкомом ВЛКСМ, в руководство одной из ведущих комсомольских организаций области в гор. Тамбове к руководству городской организации ВЛКСМ был допущен враг народа Резниченко». Пленум постановил исключить Резниченко из членов ВЛКСМ как врага народа[38]. Секретарем горкома по предложению обкома ВЛКСМ был избран В.Н. Замараев, работавший до этого в обкоме ВЛКСМ. На указанных пленумах ряд работников был выведен из состава пленума и членов бюро горкома за связь с врагами народа, скрытие социального происхождения. Показательна формулировка принимаемых решений: «выразить политическое недоверие».

В.Н. Замараев, призванный как проверенный работник обкома ВЛКСМ, укрепить городскую комсомольскую организацию, был освобожден от должности так же, как и предыдущий секретарь, через 2 месяца. Ему выразили политическое недоверие и объявили строгий выговор с предупреждением с занесением в личное дело «за политическую близорукость, беспечность». Бюро Тамбовского горкома отметило, что «Замараев, работая секретарем ГК ВЛКСМ, не обеспечил руководства, работая среди врагов народа (Волобуев, Войтенко и др.), не вел борьбы с ними, видя их недостатки, безобразия». На заседании пленума В.Н. Замараев «признал себя виновным, что не возглавил борьбы против имеющихся безобразий в обкоме». «В разоблачении врагов народа представителям ЦК ВЛКСМ помощи не оказал, несмотря на то, что знал больше, чем кто-либо другой из работников обкома ВЛКСМ о работе секретарей райкомов, так как часто выезжал в командировки по районам»[39]. Наиболее серьезным обвинением в адрес В.Н. Замараева стал факт его рекомендации и направления на  усиление работы в Тамбовский горком бывшим секретарем обкома ВЛКСМ И.И. Волобуевым, арестованным как враг народа.

1938 год отмечен массовым снятием с работы первых секретарей горкомов и райкомов ВЛКСМ. Отправной точкой кадровой чистки стало «раскрытие органами НКВД банды врагов народа в областной организации ВЛКСМ, орудовавшей под руководством бывших секретарей обкома Волобуева и Войтенко, которые пытались развалить работу комсомольской организации области, засоряли аппараты РК и ГК ВЛКСМ»[40].

В апреле 1938 г. на заседании Оргбюро ЦК ВКП (б) по Тамбовской области рассматривался вопрос «О разоблачении пробравшихся врагов народа в обком ВЛКСМ». Были исключены из партии «арестованные органами НКВД как участники правотроцкистской контрреволюционной организации» второй секретарь обкома ВЛКСМ М.А. Войтенко, заведующие отделами А.М. Попов и В.И. Алексеев. В протоколе значится: «Бюро обкома ВЛКСМ и в первую голову его первый секретарь Волобуев допустили и потворствовали большому засорению руководящих кадров комсомола негодными и сомнительными людьми». Решением Оргбюро «за небольшевистское отношение к подбору кадров, за потворствование и засорение руководящих кадров комсомола негодными и сомнительными людьми» И.И. Волобуев с работы первого секретаря обкома ВЛКСМ был уволен, ему объявили строгий выговор с занесением в учетную партийную карточку[41].

В мае последовала череда отстранения от работы райкомовских секретарей. Так, были уволены секретари РК ВЛКСМ: Тамбовского сельского («за потерю политической бдительности»), Рудовского («за слабую работу, за участие в выпивках с ныне разоблаченным врагом народа, за непринятие мер к работникам райкома ВЛКСМ и комсоргам, систематически занимающимся пьянством»), Пачелмского («как не внушающий политического доверия»), Моршанского («за списывание без основания 614 комсомольцев и половины колхозных комсомольских организаций»), Инжавинского («как не обеспечивший руководство»), Соседского («как не подходящий для работы секретарем РК ВЛКСМ»), Мокшанского («как имевший серьезное партийное взыскание и не соответствующий для работы»), Покрово-Марфинского («как не отвечающий своему назначению»), Иссинского («как не обеспечивающий руководства»), Кондольского («как не соответствующий своему назначению»)[42].

Не избежал репрессии и назначенный вслед за И.И. Волобуевым первым секретарем обкома ВЛКСМ Д.С. Казаков (они исполняли обязанности первого секретаря в течение 6 и 8 месяцев соответственно). Причем Д.С. Казаков до приезда в Тамбовскую область работал ответственным инструктором ЦК ВЛКСМ и был направлен в г. Тамбов для укрепления кадров. Решением бюро ЦК ВЛКСМ и бюро Тамбовского обкома ВКП(б) Д.С. Казаков был освобожден от занимаемой должности «как не обеспечивающий политического руководства областной комсомольской организацией». «Тов. Казаков с возложенной на него обязанностью первого секретаря обкома ВЛКСМ не справился и не обеспечил надлежащего большевистского руководства комсомольской организацией. Рост комсомольской организации за последнее время сократился, политико-воспитательная работа поставлена среди комсомола слабо, руководящие кадры не изучались. На жалобы комсомольцев обком комсомола реагировал плохо. Не мобилизовал комсомольскую организацию на ликвидацию последствий вредительства в комсомоле»[43].

В отчетном докладе Тамбовского обкома ВЛКСМ на 3-й областной конференции ВЛКСМ 28 сентября 1940 г. говорилось о том, что обком комсомола при подборе и выдвижении кадров допустил ряд ошибок. Была поставлена задача «решительно исправить имеющиеся недочеты и поставить дело подбора и воспитания кадров так, как этого требует от нас партия, товарищ Сталин»[44]. Судя по дальнейшим заверениям комсомольских руководителей, ошибки кадровой политики (в понимании тогдашнего руководства партии и государства) были исправлены. Однако следует согласиться с современными исследователями[45], считающими, что в этот период был нанесен невосполнимый удар по секретарскому корпусу комсомола. Он привел и к дефициту подготовленных кадров для организационной работы на «взрослом» уровне. Было глубоко деформировано общественное сознание. Укоренялись ложные представления о нормах этики, в том числе и в отношениях между самими секретарями областного, городских и районных комитетов ВЛКСМ.

В целом, на основании архивных документов можно сделать выводы о том, что секретари комсомольских органов Тамбовской области областного, городского и районного звеньев в предвоенный период, как правило, являлись уроженцами центральных губерний России, имели крестьянское происхождение, были выходцами из сельской местности. В основном это были мужчины 26 лет, русские по национальности, имеющие среднее техническое образование. Свою комсомольскую карьеру они начинали в большинстве своем с низовой комсомольской работы (зачастую неосвобожденными секретарями первичных комсомольских организаций предприятий и учреждений). На момент вступления в должность секретаря имели восьми- или десятилетний стаж пребывания в ВЛКСМ, двух- или трехлетний партийный стаж и репутацию активных, инициативных, проверенных и преданных людей делу Ленина-Сталина.

2. Корпус в чрезвычайных условиях Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.)

Начавшаяся в июне 1941 г. война с фашистской Германией явилась равно тяжелым испытанием для всех звеньев советского государственного механизма, в том числе для комсомола, на который, вследствие сокращения сети первичных партийных организаций и возрастания роли молодежи в хозяйственной жизни страны, в значительной мере был переложен груз ответственности за исполнение партийных и правительственных решений по мобилизации ресурсов тыла[46].

Особую значимость в условиях военного времени приобрело закрепленное Уставом ВКП(б) 1939 года положение о том, что ВЛКСМ проводит свою работу под руководством ВКП(б) (п. 63). Комсомол рассматривался как активный помощник партии во всех сферах государственного и хозяйственного строительства. «Комсомольские организации должны быть на деле активными проводниками партийных директив во всех областях социалистического строительства, особенно там, где нет первичных партийных организаций»[47].

Важную роль в мобилизации комсомольских организаций, молодежи страны на оказание всесторонней помощи фронту сыграло постановление ЦК ВЛКСМ от 23 июня 1941 г. «О мероприятиях по военной работе в комсомоле»[48]. ЦК ВЛКСМ призвал всех комсомольцев удесятерить бдительность и сплоченность, дисциплину, организованность, быть готовым с оружием в руках биться за честь и свободу Родины. Органы ВЛКСМ всех уровней (обкомы, горкомы и райкомы) совместно с организациями Осоавиахима должны были немедленно приступить к организации военного обучения комсомольцев и групп самозащиты, совместно с Обществом Красного Креста – к организации санитарных постов и дружин, совместно с органами милиции – комсомольских бригад по охране социалистической собственности, наблюдению за порядком на улицах, выполнению населением правил светомаскировки и противопожарной охраны.

Работа комсомольских органов в центре и на местах была перестроена в соответствии с указаниями ЦК ВКП(б) и с учетом военного времени. «Обстоятельные планы, многолюдные заседания с прениями по каждому вопросу, резолюциями, занимающими по нескольку страниц, – все это не отвечает требованиям момента… В военных условиях… требуется проведение строжайшего централизма и исключительная оперативность во всей работе»[49].

Областная комсомольская организация, располагавшая накануне войны достаточно разветвленной структурой, в военный период понесла значительные количественные и качественные потери. Уход в Красную Армию в первые месяцы войны около 99 % секретарей горкомов и райкомов, секретарей комитетов комсомола, первичных организаций вызвал в ряде комсомольских организаций организационное и численное ослабление. Комсомольским организациям пришлось провести коренное перераспределение сил. К руководству пришел новый актив. Обучение и воспитание молодых лидеров происходило в процессе ежедневной напряженной практической работы[50].

В аннотации к фотографии членов пленума Тамбовского обкома ВЛКСМ (июль 1943 г.) В.М. Семичева (первый секретарь обкома комсомола в 1942‑1943 гг.) отмечала: «Фотография интересна тем, что среди членов пленума ОК в 1943 г. были почти одни девушки. Это секретари ОК, ГК и РК…  Все эти девушки пришли на комсомольскую работу из числа учителей школ. Им не хватало жизненного опыта, политической и идейной зрелости. Но призыв партии «Все для фронта, все для победы!» был понятен всем и каждому. Мы все были относительно молоды…, но работали, я бы сказала, вдохновенно, самоотверженно. Над всеми довлело чувство долга перед Родиной, перед близкими, ушедшими на фронт. Мой брат Василий Семичев – рабочий ваг[оно]-рем[онтного] з[аво]да, комсомолец – был влюблен в красную конницу. На имя Ворошилова К.Е. написал письмо с просьбой направить его в Конную армию. Просьба была выполнена. Он был зачислен в Тамбов[ское] кав[алерийское] училище, а в 1942 г. уже погиб. Пропал без вести. И так почти у всех девушек-райкомовок. У кого отец, у кого брат. Горе у всего народа нашей Родины было одно и ответственность перед ней тоже одна… Обком партии и обком комсомола работали с 10 ч. утра и без перерыва до 4-х часов утра. Связь с молодежью держали все время. Обком не пустовал. Он очень старался выполнять роль комсомольского штаба. Наверное, нам не все удавалось, но мы не бездействовали»[51].

Анализ личных дел и характеристик номенклатурных комсомольских работников позволяет представить социально-профессиональный облик первых секретарей областного, городских и районных комитетов комсомола Тамбовской области в годы Великой Отечественной войны[52]. В 1941-1945 гг. на постах первых секретарей органов ВЛКСМ сменилось 158 человек (обком – 4, горкомы – 16, райкомы – 138).

Обращают на себя внимание особенности половозрастного состава комсомольской элиты интересующего нас периода. По сравнению с довоенным этапом значительно уменьшилось количество мужчин среди  руководящих работников комсомольских органов (соответственно 89 и 30 %). Особенно заметно подавляющее преобладание женщин – первых секретарей горкомов и райкомов в 1942-1943 гг. (свыше 70 %). Тенденция назначения на эти должности мужчин, демобилизованных из действующей армии, наметилась в 1944-1945 гг. (Алгасовский райком – Новиков Павел Гаврилович; Гавриловский – Проваторов Василий Федорович; Пичаевский – Никулин Гаврил Алексеевич; Шпикуловский – Свиридов Алексей Александрович, Гордюшин Владимир Ильич)[53].

Изучение возрастных характеристик показало снижение среднего возраста секретарей горкомов при назначении их на должности с  27 до неполных 26 лет (соответственно в Котовском – 23, Мичуринском – 27, Моршанском – 26, Рассказовском – 26, Тамбовском – 27), райкомов – с 25,5 до 23,5 лет. В 19 лет стали первыми секретарями райкомов Ануфриева Екатерина Федоровна (Дегтянский), Гордюшин Владимир Ильич (Шпикуловский), Рязанцева Валентина Ильинична (Знаменский), Струкова Мария Григорьевна и Панов Анатолий Васильевич (Пичаевский)[54]. Самым возрастным секретарем являлся Гребенников Михаил Иванович (30 лет, Шпикуловский райком). В 29 лет возглавили райкомы Горшенев Илья Иванович (Шпикуловский), Перемыщев Михаил Иванович (Кирсановский), Попова Анастасия Ивановна (Бондарский)[55]. По сравнению с довоенным периодом средний возраст комсомольских лидеров по гендерному признаку практически не отличался.

Указанные тенденции не затронули областной орган – в Тамбовском обкоме комсомола за годы войны сменилось четыре первых секретаря. Трое из них – мужчины, средний возраст которых при назначении на должность составил свыше 30 лет. В 1942-1943 гг. – самые тяжелые годы для области – обком возглавляла женщина (25 лет).

Данные графы «Место рождения» в личных листках по учету кадров показали значительное увеличение числа «горожан» среди комсомольских лидеров областного и городского звеньев, а именно равное процентное соотношение выходцев из городской среды и сельской местности (по 50 %). До войны эти показатели составляли соответственно 22 и 78 %. Следует отметить преобладание урожденных горожан среди первых секретарей обкома ВЛКСМ (75 %) и Тамбовского горкома ВЛКСМ (67 %) и одновременно полное их отсутствие в Моршанском и Рассказовском горкомах ВЛКСМ. Райкомы возглавляли, как правило, «сельчане» (96 %; исключением являлись 5 районов – Дегтянский, Мичуринский, Мордовский, Покрово-Марфинский, Сосновский).

Представляется значимым факт роста удельного веса уроженцев Тамбовской губернии – номенклатурных комсомольских работников  обкома и горкомов (60 %). Выходцы из Казанской и Орловской губерний составляли по 10 %, Воронежской, Московской, Ростовской и Виленской  губерний – по 5 %. Причем трое из четырех первых секретарей обкома ВЛКСМ прибыли в Тамбовскую область из других регионов, уже имея опыт управленческой деятельности.

Еще в больших масштабах увеличилось представительство коренных жителей области в районных комсомольских органах – с 62 % до 82 %. Выходцев из Воронежской области насчитывалось 6 %, Курской – 3 %. В 25 из 43 райкомов ВЛКСМ первыми секретарями на протяжении всего военного периода избирались только тамбовцы.

Интересна динамика показателя «социальное происхождение комсомольских чиновников» на областном и городском уровнях с учетом анализа экономо-географической характеристики местности, в которой родились будущие комсомольские лидеры: резкое увеличение прослойки рабочих – 65 %, уменьшение выходцев из семей крестьян – 30 % и служащих – 5 %, исчезновение позиции «из мещан». Тенденция выбора более благоприятных социальных корней при назначении на номенклатурную должность набирала силу.

Среди первых секретарей райкомов по-прежнему преобладали выходцы из семей крестьян – около 88 %. Удельный вес «из рабочих» составлял свыше 9 %, «из служащих» – 3 %.

Национальный состав комсомольской элиты также оставался однородным: русских насчитывалось 96 %, украинцев – 3 %, белорусов  – 1 % (до войны русских – свыше 94 %, украинцев – 4 %, белорусов – свыше 1 % и евреев – 0,5 %).

Молодежные лидеры военных лет имели, как правило, весомый стаж пребывания в рядах ВЛКСМ. Средний возраст вступления их в комсомол составлял 16-18 лет (в 14 лет вступили в ВЛКСМ 6 % будущих первых секретарей, 15 лет – 9 %, 16 и 17 лет – по 22 %, 18 лет – 14 %, 19 и 20 лет – по 10 %, 21 год – 3 %, 22 года – 2,5 %, 23-25 лет – по 0,5 %). С учетом среднего возраста (24 года) комсомольских чиновников областного, городского и районного звеньев на момент вступления в должность их комсомольский стаж составлял 6-8 лет.

Членство в ВКП(б) руководителей комсомольских органов, формально не являясь обязательным условием при избрании их на должности, активно приветствовалось. Около 90 % тамбовских молодежных лидеров к моменту своего назначения состояли в ВКП(б). Средний возраст вступления в ВКП(б) будущих первых секретарей составлял 22-24 года (в 19 лет в партию вступили – 2 %, в 20 лет – 4,5 %, 21 год – 11 %, 22 года – 16 %, 23 года – 17 %, 24 года – 15 %, 25 лет – 12 %, 26 лет – 5,5 %, 27-29 лет – по 2 %). Среди чиновников обкома и горкомов не было ни одного беспартийного, 35 % из них вступили в партию в 24-летнем возрасте.

Не предъявлялись особые требования к уровню образования молодежных лидеров. В их комсомольских характеристиках присутствует лишь констатация наличия высшего / среднего / незаконченного среднего образования. В рассматриваемый период, как и в предвоенные годы, ни один из первых секретарей Тамбовского обкома ВЛКСМ не имел высшего образования. Аналогичная ситуация наблюдалась в Тамбовском, Мичуринском и Моршанском горкомах. Однако следует признать, что в целом образовательный уровень первых секретарей комсомольских органов заметно вырос. В обкоме, горкомах и райкомах не насчитывалось ни одного руководителя с начальным образованием. Высшее образование имели 13 % секретарей, незаконченное высшее – 11 %, среднее (в т.ч. училища, техникумы, школы ФЗУ, рабфак) – свыше 56 %, незаконченное среднее – около 20 %. Из 43 действующих райкомов в 14 работали руководители, имеющие высшее образование, в 12 – незаконченное высшее. Как и до войны, большинство секретарей обкома и горкомов (69 %) имели техническое образование, 31 % – гуманитарное. В райкомах, напротив, в основном работали гуманитарии (80 %), абсолютное большинство из них имели педагогическое образование. Анализ показывает, что в целом по области каждый четвертый руководитель комсомольского органа до назначения на данную должность окончил педагогическое училище.

Избрание на относительно высокие номенклатурные должности не происходило «с чистого листа» и, как правило, предполагало наличие опыта общественной работы в первичных комсомольских организациях. 65 % первых секретарей пришли в обком и горкомы с низовой комсомольской работы. Активных производственников, выдвинутых на работу с молодежью, насчитывалось 20 %. В качестве предыдущего места работы учреждения образования были указаны в личных листках по учету кадров 10 % первых секретарей.

На должности первых секретарей райкомов выдвигались в первую очередь активисты-общественники с низовой комсомольской и партийной работы (соответственно 35 и 15 %), а также школьные работники (32,5 %).

Комсомольские характеристики молодежных лидеров областного и городского уровней были достаточно однообразны: «Является энергичным, деятельным и политически грамотным работником»[56]; «Партвзысканий не имеет, на работе показала себя развитым, растущим товарищем»[57]; «За время своей работы имела хороший рост в повышении своего политического уровня, активная, идеологически выдержанная. Никаких компрометирующих поступков не имеет»[58]; «Политически грамотная. Взысканий не имеет»[59]; «Работник способный, растущий, инициативный, политически развита. Ранее и теперь принимает активное участие в комсомольской работе, партийных и комсомольских взысканий не имеет»[60]; «В работе инициативна, комсомольскую работу знает хорошо. Показала себя хорошим организатором и воспитателем молодежи. Политически грамотна, взысканий по линии комсомола не имеет»[61]; «Пользуется авторитетом среди молодежи, дисциплинированный, политически грамотный. Взысканий не имеет»[62]; «Часто выступает с лекциями и докладами перед молодежью. Политически грамотная, дисциплинированная, в работе энергична и настойчива»[63].

Если в предвоенный период в качестве особых достижений руководителей обкома и горкомов отмечались перевыполнение плана сбора членских комсомольских взносов, активное участие в разоблачении вредителей и врагов народа, рост возглавляемых комсомольских организаций[64], то в годы войны более пристальное внимание уделялось знаниям производства, вкладу в выполнение производственных планов, оборонную работу: «Хорошо знает жизнь и работу молодежи на производстве и на ж.д. транспорте»[65]; «За ликвидацию последствий бомбежки вражеской авиации награждена значком «Ударник Сталинского призыва» и за хорошую работу в 1944 году – значком «Почетного железнодорожника»[66]; «Часто бывает в районах и колхозах области, хорошо познал сельское хозяйство»[67]; «Сумела хорошо изучить комсомольский актив области, подобрать кадры секретарей первичных комсомольских организаций, райкомов и горкомов ВЛКСМ, создать резерв, за счет которого, особенно в течение 1942 г., многие комсомольские активисты были выдвинуты на различные ответственные руководящие советские, хозяйственные и партийные работы и большое количество направлено на специальную политическую работу в Красную Армию»[68].

Контент-анализ характеристик руководителей районных комсомольских органов (в военные годы первыми секретарями райкомов работало 138 человек; на 81 из них в архивных фондах имеются характеристики) свидетельствует о сохранении лидирующих позиций политических и идеологических качеств при назначении на номенклатурные комсомольские должности. Приведем перечень наиболее часто упоминаемых качеств молодежных лидеров районного звена:

1. Политическая грамотность (выдержанность, развитие) – 48 упоминаний (59 %);

2. Отсутствие партийных и (или) комсомольских взысканий – 47 (58 %);

3. Добросовестное (аккуратное, серьезное) отношение к работе (выполнению поручений) – 30 (37 %);

4. Хорошее исполнение обязанностей (с работой справляется) – 29 (36 %);

5. Дисциплинированность – 24 (30 %);

6. Наличие авторитета среди комсомольцев, коммунистов, несоюзной молодежи, населения – 19 (23,5 %);

7-9. Активность, энергичность – 14 (17 %);

7-9. Идеологическая выдержанность – 14 (17 %);

7-9. Отсутствие судимости – 14 (17 %);

10-12. Выступления с лекциями и докладами на собраниях комсомольцев и молодежи, на встречах с населением – 11 (14 %);

10-12. «Растущий, любознательный товарищ» – 11 (14 %);

10-12. Систематическая работа над повышением своего идейно-политического уровня – 11 (14 %);

13. Инициативность – 10 (12 %).

По сравнению с довоенным периодом незыблемыми остались первые две позиции рейтинга. В «пятерку» наиболее часто упоминаемых качеств вошло «добросовестное отношение к работе», потеснив «идеологическую выдержанность» (соответственно 11-е и 5-е место в довоенном рейтинге). Лишь три характеристики содержат популярную в 1930-е гг. формулировку «отсутствие уклонов от генеральной линии партии, антипартийных поступков и выступлений».

Особой оценки удостаивалась работа секретарей по организационному укреплению рядов ВЛКСМ, восстановлению распавшихся в условиях военного времени и увеличению малочисленных первичных организаций, а также личный вклад в политическое воспитание молодежи (выступления с докладами, лекциями, проведение встреч и бесед с населением)[69].

Среди десятков однообразных сухих характеристик обращают на себя внимание подробные, явно претендующие на всеохватную и объективную оценку индивидуальных качеств, характеристики комсомольских секретарей, подготовленные секретарем обкома по кадрам, а в 1942-1943 гг. первым секретарем обкома ВЛКСМ В.М. Семичевой: «С его приходом на работу оживилась работа как самого РК ВЛКСМ, а также и первичных комсомольских организаций. Комсомольцы Шапкинского района живо откликаются на все мероприятия, проводимые советским правительством. Активно участвуют в сборе удобрений, металлолома, хорошо готовятся к весеннему севу. Район считается передовым в области. Тов. Тишкин часто делает доклады среди населения и показал себя неплохим оратором. Речь его политически грамотна и свободна. Он изо дня в день повышает свой политический уровень» (В.З. Тишкин, Шапкинский райком)[70]; «Придя к руководству, взялся за укрепление малочисленных и восстановление распавшихся организаций. Райкомом восстановлено 8 организаций. Райком подобрал и утвердил группу инструкторов, которые раскреплены по организациям и проводят в них работу. Привлекаются к работе по заданию райкома комсомола не только инструкторы, но и члены постоянно действующих комиссий и другие активисты. Тов. Башкатов с большим желанием берется за работу, часто бывает в комсомольских организациях, знает жизнь и запросы комсомольцев. Пользуется хорошим авторитетом среди комсомольцев и несоюзной молодежи района, политически развит, много работает над собой. Детально излагает свои мысли на собраниях актива и пленумах, правильно нацеливает комсомольские организации на ликвидацию недостатков в работе» (И.Т. Башкатов, Дегтянский райком)[71]; «Как хорошего руководителя и комсомольца-активиста его выдвинули на должность секретаря Никифоровского РК ВЛКСМ. Тов. Сударьков горячо принялся за налаживание работы как в самом РК ВЛКСМ, а также и среди молодежи колхозного села. Часто выступает с докладами и беседами на волнующие население темы. Он владеет простой и правильной речью, которая понятна каждому» (И.П. Сударьков, Никифоровский райком)[72].

Небезынтересен факт практически полного отсутствия критических замечаний в комсомольских характеристиках рассматриваемого периода. Напомним, что в довоенный период на негативные стороны деятельности обращалось внимание в каждой пятой характеристике. В данном случае критике (причем, в легкой, общей форме) подверглись лишь три руководителя: «На последней должности встречает трудности в своей работе, связанные с трудными условиями самого района» (В.И. Рязанцева, Знаменский райком)[73]; «В работе первого секретаря особенно в первое время наблюдалась слабохарактерность, т.е. не было настоящей требовательности с комсомольских руководителей, что иногда мешало общему делу» (В.С. Кириллова, Мичуринский райком)[74]; «Тов. Пахунова показала себя добросовестным, растущим работником, но требуется оказание ей необходимой помощи в работе со стороны вышестоящих организаций» (М.И. Пахунова, Полетаевский райком)[75].

Если накануне войны областная комсомольская организация насчитывала 71 тыс. членов, состоящих в 3,5 тыс. первичных организациях, то в 1941-1945 гг. потенциал областного комсомола был резко ослаблен. Мобилизации на фронт, промышленные стройки, восстановление освобожденных районов СССР сократили в среднем на 10 % сеть первичных организаций и в 1,5-2 раза – численность комсомольцев. Осенью 1942 г. комсомол области насчитывал всего 32,3 тыс. членов. Аналогичная ситуация наблюдалась с руководящими комсомольскими кадрами, на которых лежала ответственность за решение текущих организационных задач. Потребности фронта, партийного строительства, народного хозяйства совершенно обескровили старый комсомольский аппарат, заставив выдвигать на руководящие должности лиц без необходимого опыта аппаратной работы. Только на советскую, партийную и хозяйственную работу за 1941-1944 гг. тамбовская областная организация направила 3500 комсомольских активистов[76]. Средний срок пребывания на должности первых секретарей обкома ВЛКСМ составлял 20, горкомов – 19, райкомов – 16 месяцев.

Причинами освобождения секретарей комсомольских органов от занимаемых должностей являлись переход на партийную (27 %) и другую комсомольскую (в т.ч. вышестоящую) работу (20,5 %), переход на другую работу (советскую, хозяйственную и пр. – 18 %), направление на учебу в ВПШ при ЦК ВКП(б) и ЦКШ  при ЦК ВЛКСМ (11,5 %), необеспечение руководства (10 %), мобилизация в РККА (7 %), плохое состояние здоровья – 5 %, выезд за пределы области (1 %).

Таким образом, анализ личных дел показал, что в годы Великой Отечественной войны большинство первых секретарей обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ являлись уроженцами Тамбовской губернии и были выходцами из крестьян. В основном это были женщины 24 лет, имеющие среднее специальное образование (зачастую – педагогическое). Комсомольскую карьеру они начинали, в большинстве своем, с низовой комсомольской работы (как правило, неосвобожденными секретарями первичных комсомольских предприятий и учреждений). На момент вступления в должность имели шести‑ или восьмилетний стаж пребывания в ВЛКСМ, одногодичный или двухлетний партийный стаж и авторитет политически грамотных, активных, энергичных, хорошо знающих проблемы молодежи на производстве работников. Их личный пример, трудовой энтузиазм, самопожертвование, убежденность в абсолютной правильности проводимой государственной политики во многом способствовали стабильности взаимоотношений населения и власти, мобилизации всех ресурсов региона для решения социально-экономических проблем в чрезвычайных условиях военного времени.

3. Эволюция корпуса после войны

Великая Отечественная война 1941-1945 гг. повлекла серьезные количественные и качественные изменения во всех сферах жизни страны, став важнейшим формирующим этапом истории советского государства. По словам известного исследователя истории Второй мировой войны В.Л. Дьячкова, «страна, будучи одной «на входе» в формирующий этап, резко и быстро меняется по мере его прохождения, оказываясь «на выходе» во многом и главном другой»[77].

Значительные изменения в составе, структуре и деятельности претерпела и Тамбовская областная комсомольская организация. По сравнению с довоенным периодом количественный состав ее уменьшился на 29 % и насчитывал летом 1945 г. 50,5 тыс. человек[78]. В ходе масштабных военных и трудовых мобилизаций многие комсомольцы выбывали за пределы Тамбовской области, не снявшись с учета. Вновь назначаемым руководителям горкомов и райкомов ВЛКСМ передавались списки членов комсомольских организаций без проведения их выверки. На заседании 7-го пленума обкома ВЛКСМ 25 декабря 1946 г. секретарь Сампурского райкома ВЛКСМ А.А. Суздальцев отмечал: «Комсомольские организации, насчитывающие в своем составе 15-20 комсомольцев, на самом деле имели 2-3 человека или там не было ни одного человека. Я позвонил в обком комсомола и сказал, что в районе не существует целого ряда комсомольских организаций, а мне ответили: «Нельзя так говорить, надо укреплять эти комсомольские организации». Мы их, по сути дела, вновь создавали»[79]. Не случайно, что в центре внимания указанного пленума был вопрос «Об организационно-политическом укреплении комсомольских организаций».

С целью выявления типичных социально-профессиональных черт номенклатурных комсомольских работников послевоенного периода нами изучены личные дела первых секретарей органов ВЛКСМ областного, городского и районного уровней[80]. В 1946-1953 гг. на этих должностях сменилось 223 человека (в т.ч. в обкоме – 3, горкомах – 21, райкомах – 199).

Отмечаемая исследователями истории комсомольского движения тенденция быстрого снижения доли комсомольцев с довоенным стажем пребывания в ВЛКСМ и «омоложения» организации в целом в годы войны затронула и руководящий состав, когда средний возраст первых секретарей комсомольских органов составлял 24 года. В послевоенный период номенклатурные молодежные лидеры были более возрастными: средний возраст секретарей обкома – 27 лет, горкомов – 26 лет, райкомов – 25 лет. В отличие от военных лет, обозначилось различие среднего возраста по гендерному признаку на городском уровне – занимавшие должности первых секретарей мужчины были старше своих коллег‑женщин на 2 года.

Полярное изменение состава ВЛКСМ по полу в военные годы, когда комсомол (и его руководящий состав) пополнялся в основном за свет женщин, привело к определенным негативным психологическим проблемам. «В обществе, сохранившем патриархальные традиции, «командирские замашки» молодых женщин воспринимались как извращение, отнюдь не работавшее на авторитет союза молодежи. Масштабность государственных задач, в решение которых вовлекался комсомол, также требовала «усиления» состава мужчинами»[81]. Начавшаяся в 1944-1945 гг. активная инкорпорация демобилизованных военнослужащих (по инвалидности, ранению и т.п.) в субрегиональную номенклатуру приобрела особо значимые масштабы в первые послевоенные месяцы и годы. В результате к концу 1953 г. удельный вес мужчин – первых секретарей комсомольских органов достиг 75 % (в годы войны – 30 %). В обкоме, Тамбовском горкоме и 11 райкомах ВЛКСМ (Дегтянском, Знаменском, Кирсановском, Первомайском, Пичаевском, Полетаевском, Токаревском, Туголуковском, Шехманском, Шпикуловском, Юрловском) в послевоенный период первыми секретарями работали исключительно мужчины. При этом самый низкий средний возраст (22 года) имели руководители Шпикуловского райкома, самый высокий (27 лет) – Туголуковского.

Как и в предыдущие периоды, номенклатурные комсомольские работники в абсолютном своем большинстве (90 %) являлись выходцами из сельской среды. Особо заметным преимущество сельчан было среди руководителей районного звена – 94,5 %. Лишь в 9 из 44 райкомов ВЛКСМ были отмечены назначения горожан (Алгасовском, Граждановском, Инжавинском, Моршанском, Платоновском, Рассказовском, Ржаксинском, Тамбовском, Шульгинском). Среди комсомольских лидеров городского и областного звеньев, напротив, доля лиц, родившихся в городах, была достаточно высокой и составляла соответственно 52 и 33 %.

Традиционно абсолютное большинство руководителей комсомольских органов (82 %) являлись уроженцами Тамбовской губернии. В Котовском горкоме и 21 из 44 райкомов ВЛКСМ все первые секретари, работавшие в послевоенный период, имели тамбовские корни. В общей сложности от 3 до 1 % лидеров были выходцами из соседних регионов – Курской, Воронежской, Пензенской, Рязанской губернии. Впервые в истории Тамбовской областной комсомольской организации процентное соотношений первых секретарей обкома склонилось в сторону «своих» (2 из 3 – тамбовцы).

Национальный состав молодежных лидеров стал еще более однородным: русские составляли 99 %, украинцы – 1 %. Из 223 первых секретарей комсомольских органов, сменившихся в послевоенный период, 220 человек имели русские корни.

Анализ социального происхождения первых секретарей комсомольских органов показал по-прежнему подавляющий удельный вес выходцев из крестьянских семей (82 %) и увеличение количества выходцев из семей служащих (наравне с показателем «из рабочих» – по 9 %). Указанный высокий процент выходцев «из крестьян» получен за счет прослойки крестьян среди руководителей райкомов. Что касается первых лиц горкомов и обкома ВЛКСМ, удельный вес «из рабочих» среди них составил 50 %, «из крестьян» – 33 %, «из служащих» – 17 %.

В историко-политическом анализе динамики качественных характеристик административно-политической элиты СССР в период «позднего сталинизма» В.А. Айрапетов отмечает, что «несмотря на то, что в 1945-1953 гг. доля первых секретарей, окончивших вузы, увеличилась почти вдвое, высшее образование, как гражданское, так и политическое, еще не стало ни естественным элементом биографии, ни базовым условием для назначения на должность»[82]. В работе В.А. Айрапетова речь идет о первых секретарях партийных органов. Учитывая чрезвычайно низкий уровень образования в  областной комсомольской организации (лишь 1 % тамбовских комсомольцев к концу войны имели высшее образование, около трети были малограмотными, половина закончила семилетку)[83], вполне логично предположить наличие подобных тенденций и среди руководителей областного, городских и районных органов ВЛКСМ.

Из 199 первых секретарей райкомов лишь 9 получили высшее образование (Алгасовский, Бондарский, Гавриловский, Глазковский, Жердевский, Пичаевский, Рудовский, Сосновский, Тамбовский райкомы). Они имели дипломы следующих учебных заведений – Тамбовского педагогического института, Мичуринского и Моршанского учительских институтов, Саратовского экономического института. Кроме этого, насчитывалось 17 районных руководителей с незаконченным высшим образованием.

Назначение на интересующие нас должности лиц с высшим образованием имело место во всех действующих в послевоенный период горкомах ВЛКСМ (Котовском, Мичуринском, Моршанском, Рассказовском, Тамбовском). Из 21 первого секретаря 6 окончили высшие учебные заведения (Воронежский педагогический институт, Мичуринский и Моршанский учительские институты, Академию Генерального штаба РККА).

Тамбовский обком  ВЛКСМ впервые за время его существования возглавляли руководители с высшим образованием – А.А. Сухарев и В.Г. Демченко являлись выпускниками Тамбовского педагогического института.

Преобладание гуманитариев в комсомольских органах области в послевоенные годы было не столь подавляющим, как в предыдущий период (соответственно 57 и 73 %). Удельный вес первых секретарей, имевших дипломы о техническом образовании, составлял 24 %, сельскохозяйственном – 12 %.

В целом необходимо отметить снижение общеобразовательного уровня комсомольских лидеров в 1946-1953 гг. по сравнению с их коллегами военного времени: доля лиц с высшим образованием уменьшилась с 13 до 7,5 %, незаконченным высшим – с 11 до 8,5 %.

Возглавлявшие комсомольские органы области работники имели, как правило, восьми- или десятилетний комсомольский и двух- или трехлетний партийный стаж. Две трети (66,5 %) молодежных лидеров послевоенного периода вступили в ВЛКСМ в 15-17 лет (в 14 лет – 8 %, 15 лет – 26,5 %, 16 лет – 23 %, 17 лет – 17 %, 18 лет – 11 %, 19 лет – 6 %, 20 лет – 4 %, 21 год – 3 %, в 22, 23, 24 года – по 0,5 %).

Партийная прослойка среди комсомольских руководителей составляла 93 %. Из 223 первых секретарей лишь 15 к моменту своего назначения на должность не состояли на партийном учете. В обкоме и горкомах ВЛКСМ первые секретари (за исключением одного в Рассказовском горкоме) в обязательном порядке являлись членами ВКП(б), вступив в партию в большинстве своем в 22-23 года (в 18 лет в ВКП(б) вступили – 0,5 %, 19 лет – 4 %, 20 лет – 11 %, 21 год – 14 %, 22 года – 19,5 %, 23 года – 16,5 %, 24 года – 7,5 %, 25 лет – 11 %, 26 лет – 5 %, 27 лет – 2 %, 28 и 29 лет – по 1 %).

Движение кадров в политической системе советского государства в послевоенный период было связано, прежде всего, с назначением (избранием) на номенклатурные должности коммунистов и комсомольцев, демобилизованных из Советской Армии. По справедливому замечанию В.А. Айрапетова, «окончание войны потребовало тотальной замены тех функционеров, которые были мобилизованы в аппарат партийных органов из-за нехватки подготовленных работников, хаотично и непродуманно, в условиях чрезвычайной ситуации»[84]. Подобная ситуация наблюдалась и в комсомольских органах.

Как известно, на основании Постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 10 ноября 1941 г. «О мобилизации коммунистов на руководящую политическую работу в Красную Армию» в распоряжение Главного политического управления РККА были направлены на должности политсостава РККА руководящие (в т.ч. комсомольские) работники, имеющие опыт партийно-политической работы и прошедшие школу военной подготовки[85]. Анализ архивных документов показывает, что по состоянию на май 1945 г. все первые секретари горкомов и райкомов ВЛКСМ были впервые выдвинуты на свои должности в период Великой Отечественной войны. В основном это были женщины 24 лет, имеющие среднее специальное образование. Из пяти первых секретарей горкомов лишь двое имели опыт руководящей комсомольской работы: А.Ф. Мжачих (Тамбовский горком) до своего назначения работала заведующей отделом Мичуринского горкома ВЛКСМ, затем секретарем по кадрам Тамбовского обкома ВЛКСМ[86]; В.Г. Демченко (Котовский горком) – вторым секретарем этого горкома. Л.И. Дмитриева (Мичуринский горком) до вступления в должность первого секретаря являлась секретарем партбюро паровозного отделения ст. Мичуринск[87]. Предыдущая трудовая деятельность А.В. Пшонновой (Моршанский горком) была связана с производством (Моршанская суконная фабрика)[88], М.М. Скворцовой (Рассказовский горком) – со сферой образования (Рассказовский гороно)[89]. Абсолютное большинство первых секретарей райкомов ВЛКСМ имели определенный опыт низовой комсомольской работы.

Обновление комсомольских кадров городского и районного звеньев во второй половине 1940-х г. происходило в значительной степени за счет привлечения на номенклатурные должности бывших фронтовиков[90]. Личные дела номенклатурных комсомольских работников свидетельствуют о том, что в исследуемый период (1946-1953 гг.) в горкомах и райкомах ВЛКСМ должность первого секретаря в общей сложности занимали 223 человека, из них 129 являлись участниками Великой Отечественной войны (что составляет 58 %).

Комсомольские характеристики первых секретарей констатируют факт пребывания значительной части их них в действующей армии в 1941-1945 гг., а также наличие правительственных наград за выполнение заданий командования: «Находясь с 1942 г. в рядах Красной Армии, получил хорошую специальную и политическую подготовку при Академии Генштаба. За образцовое выполнение боевых заданий командования награжден орденами Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени» и «За победу над Германией» (Б.И. Булычев, Котовский горком)[91]; «С декабря 1942 г. по июнь 1946 г. находился в рядах Красной Армии. Участник Отечественной войны, награжден четырьмя правительственными наградами: медалью «За отвагу», двумя орденами Отечественной войны 2-й степени и орденом Славы 3-й степени» (А.А. Чертыковцев, Моршанский горком)[92]; «С сентября 1941 г. по декабрь 1945 г. находился в рядах Советской Армии, участник Великой Отечественной войны, за что имеет правительственные награды: орден Красной Звезды, медаль «За отвагу», медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне» (В.И. Кулаков, Тамбовский горком)[93]; «С 1942 г. по 1945 г. была в рядах Рабоче‑Крестьянской Красной Армии, где работала парторгом отдельного пулеметного батальона. В работе парторга она себя показала стойким умелым руководителем. С сентября 1945 г. работает первым секретарем Инжавинского РК ВЛКСМ, где уже проявила во многих вопросах свою инициативу» (А.И. Семочкина, Инжавинский райком)[94]; «В 1941 г. был призван в Советскую Армию, где прослужил до августа 1946 г. За боевые подвиги и выполнение заданий командования Советской Армии награжден двумя орденами Красной Звезды, двумя медалями «За отвагу», медалями «За оборону Севастополя», «За оборону Кавказа», «За победу над Германией», «За победу над Японией» (Д.С. Илларионов, Платоновский райком)[95]; «В июне 1941 г. добровольно ушел на фронт, где от рядового бойца вырос до заместителя командира полка по артиллерии. Имеет пять правительственных наград» (А.А. Суздальцев, Сампурский райком)[96]; «Свою трудовую деятельность начал с 1940 г. службой в рядах Советской Армии с радиста-пулеметчика до командира танка. Участник Великой Отечественной войны, имел несколько ранений. Правительство высоко оценило доблесть тов. Сизова Д.М., наградив его тремя медалями «За отвагу», орденом Красной Звезды и многими другими наградами» (Д.М. Сизов, Сосновский райком)[97].

Все без исключения первые секретари Тамбовского горкома (5 чел.), Дегтянского (2 чел.), Кирсановского (4 чел.), Мичуринского (4 чел.), Шехманского (2 чел.) и Юрловского (2 чел.) райкомов ВЛКСМ являлись участниками войны.

Как правило, в их характеристиках значится: «За время пребывания в армии находился на комсомольской и партийной работе»[98]. Комсоргами, парторгами в войсковых частях работали 120 руководителей городских и районных комсомольских органов (93 % от общего количества первых секретарей из числа демобилизованных). Исключительно на боевой работе на фронтах Великой Отечественной войны были задействованы 9 будущих первых секретарей райкомов ВЛКСМ: С.Я. Горюнов (Граждановский райком) закончил войну помощником командира минометного взвода; В.И. Лысиков (Жердевский райком) – контролером стрелкового взвода; Е.М. Макунин (Каменский райком) – командиром роты; И.Г. Буланчиков (Каменский райком) – радиотелеграфистом; Н.М. Ураев (Пичаевский райком) – командиром батальона; А.А. Суздальцев (Сампурский райком) – заместителем командира полка по артиллерии; Д.М. Сизов (Сосновский райком) – командиром танка; И.П. Кузнецов (Петровский райком) – авиамехаником; В.А. Поболь (Тамбовский райком) – командиром взвода[99].

Партийные и комсомольские работники, вернувшиеся с фронтов Великой Отечественной войны воспринимались как более качественные управленцы, и именно ими стали менять слабые руководящие кадры периода войны[100]. Современные исследователи проблемы инкорпорации демобилизованных военнослужащих в региональную и субрегиональную партийно-государственную номенклатуру во второй половине 1940-х гг. отмечают значительное увеличение в первые послевоенные годы масштабов реинкорпорации, когда работник назначался в ту же должностную группу, с которой он уходил в ряды РККА[101]. Указанная тенденция не прослеживается применительно к городским и районным органам комсомола Тамбовской области. Ни в одном горкоме или райкоме ВЛКСМ не отмечен факт возвращения на прежнюю должность первых секретарей, ушедших на фронт в годы войны.

Что касается назначенных (избранных) на номенклатурные комсомольские должности демобилизованных офицеров, то не все они оправдали возлагавшиеся на них надежды. Из 114 первых секретарей райкомов 25 (22 %) были освобождены от занимаемой должности через недолгое время как «не обеспечившие руководства», «не избранные конференцией», «не справившиеся с работой». В качестве причин увольнения в личных делах указаны также: «за обман и очковтирательство перед обкомом ВЛКСМ», «за обман и подделку финансовых документов», «за недостойное комсомольского работника поведение», «за скрытие судимости отца» и др.[102]

В этой связи следует напомнить, что состоявшийся в апреле 1946 г. пленум ЦК ВЛКСМ определил главной задачей комсомола активное участие в общенародной борьбе за выполнение и перевыполнение пятилетнего плана восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946-1950 гг. Работу каждой комсомольской организации предлагалось оценивать «по тому, как она сумеет мобилизовать молодежь на осуществление пятилетнего плана, на выполнение и перевыполнение текущих хозяйственных задач»[103]. В послевоенный период Тамбовская область практически ежегодно не выполняла государственные планы хлебозаготовок. Следовательно, не выполняли свою основную задачу районные комсомольские организации. Повинны в этом, по мнению вышестоящих руководителей, были первые секретари райкомов. Возможно, для некоторых из них ноша руководящей работы оказалась достаточно тяжелой в силу достаточно молодого возраста: в 19 лет возглавил Хоботовский райком ВЛКСМ М.И. Дегтярев; в 20 лет – С.Т. Шиндяпин (Токаревский) и С.С. Исаев (Шпикуловский); в 21 год – В.Г. Хорохорин (Граждановский), С.М. Козлов (Первомайский), Б.П. Артемов (Староюрьевский); в 22 года – Н.А. Судоргин (Гавриловский), И.И. Копылов (Дегтянский), И.А. Поваляев (Жердевский), С.С. Исаев (Кирсановский), В.В. Макаров (Красивский), А.П. Золотухин (Петровский), И.М. Чурбаков (Токаревский)[104].

Кроме того, определенную роль сыграл сформированный войной особый тип психологии – «психология комбатанта» с ее ставшими обычными для вчерашних фронтовиков «душевными надломами, срывами, ожесточением, непримиримостью, повышенной конфликтностью, с одной стороны, и усталостью, апатией – с другой»[105]. Работа в мирных условиях предполагала несколько иные формы руководства, требовала новых интеллектуальных затрат, эмоционального напряжения, готовность терпеть постоянную мелочную опеку со стороны партийных и вышестоящих комсомольских органов. Не случайно, практически треть (27 %) первых секретарей горкомов и райкомов, слабо индокринированных и не имевших никакого политического образования, через несколько месяцев после назначения на должность были направлены на обучение в центральные и областные партийные и комсомольские школы.

В современной историографии по данной проблеме обращается внимание на пирамидальный принцип распределения демобилизованных военнослужащих: «чем был выше уровень управленческой иерархии, тем меньший оказывался удельный вес данной категории»[106]. Отметим подтверждение данного принципа анализом личных дел первых секретарей Тамбовского обкома ВЛКСМ в рассматриваемый период. В отличие от горкомов и райкомов комсомола, ни один из трех секретарей обкома не являлся участником Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Н.В. Родионов, уроженец Московской губернии, до назначения на интересующую нас должность имел значительный (8 лет) опыт руководящей комсомольской работы в Московской, Кемеровской областях и ЦК ВЛКСМ[107]. А.А. Сухарев и В.Г. Демченко, уроженцы Тамбовской губернии, имели не меньший опыт руководящей комсомольской работы, но в пределах тамбовского региона. Предыдущим местом их трудовой деятельности являлся Тамбовский обком ВЛКСМ[108].

Анализ городского среза комсомольских лидеров показал, что из 21 руководителя Котовского, Мичуринского, Моршанского, Рассказовского и Тамбовского горкомов ВЛКСМ 15 человек были вчерашними фронтовиками.

Несмотря на достаточно частую сменяемость кадров, следует отметить, что по сравнению с довоенным и военным периодом в послевоенные годы сроки пребывания областных, городских и районных молодежных лидеров на должности первого секретаря несколько увеличились: соответственно 24, 22 и 21 месяц.

Основные направления ротации комсомольских чиновников были традиционны: более половины из них (61,5 %) оставили свои посты в целях продолжения партийной, советской и комсомольской карьеры, 9 % перешли на работу по специальности. Послевоенный период отмечен также резким ростом процента работников, освобожденных по отрицательным причинам (18,5 %) и высоким показателем увольнений по состоянию здоровья, личной просьбе (11 %), что зачастую также было связано с неисполнением служебных обязанностей на должном уровне.

Документы, отложившиеся в процессе деятельности Тамбовского обкома ВЛКСМ в 1946-1953 гг., свидетельствуют о том, что в целом в послевоенный период проблема подготовки кадров для всех звеньев ВЛКСМ была сверхактуальной. В феврале 1946 г. на пленуме обкома ВКП(б) в ходе обсуждения недостатков в работе обкома ВЛКСМ отмечалось: «Одной из главных причин является малоопытность наших кадров. Секретарей райкомов, работающих до 1 года – 29 человек, вторых секретарей – 19 человек. Не имеют среднего образования первых секретарей – 14 человек, вторых – 11 человек. Долгое время в области, если не считать кратковременных семинаров, комсомольских работников по-настоящему не учили…»[109]. Современные исследователи истории комсомольского движения отмечают «уникальную в истории областной организации ситуацию», связанную с перевыборной кампанией конца 1945‑1946 гг., когда 11 первых и 8 вторых секретарей райкомов и горкомов комсомола не были переизбраны конференциями как не справившиеся с работой. В 4 районах конференции признали работу райкомов ВЛКСМ неудовлетворительной. Полностью сменились за 1946 г. комсомольские работники аппарата Туголуковского, Хоботовского, Уметского районов[110].

Проблемы с кадровым обеспечением имели место и во многих других регионах. В ходе отчетно-выборной кампании 1946 г. состав комсомольских работников в стране обновился на 87,3 %. Остро встал вопрос об организации учебы комсомольских кадров и актива. На основании постановления ЦК ВКП(б) «О подготовке и переподготовке руководящих партийных и советских работников» (август 1946 г.) в 177 областных, краевых и республиканских партийных школах были образованы комсомольские отделения и девятимесячные курсы переподготовки секретарей горкомов, райкомов комсомола. Определенное количество мест выделялось для подготовки комсомольского актива в Высшей партийной школе и Академии общественных наук при ЦК ВКП(б)[111].

В Тамбовской области в 1946 г. на двухмесячных курсах переподготовили 44 первых и вторых секретарей райкомов ВЛКСМ,  создали комсомольское отделение при годичной партийной школе, двух человек направили в Центральную комсомольскую школу, 4 человека обучались заочно в ВПШ при ЦК ВКП(б)[112].

В последующие годы частая сменяемость кадров горкомов и райкомов ВЛКСМ неоднократно обсуждалась на заседаниях вышестоящих органов. Так, в сентябре 1949 г. при рассмотрении отчета о работе Тамбовского обкома ВЛКСМ, бюро ЦК ВЛКСМ отметило «серьезные недостатки, промахи и ошибки в работе Тамбовской областной комсомольской организации», в том числе неудовлетворительное организационно-политическое состояние, резкое ослабление работы по росту рядов ВЛКСМ, неудовлетворительную постановку политического просвещения молодежи, недостаточное участие комсомольских организаций в производственной деятельности, а также невнимательное отношение к воспитанию комсомольских работников, плохую организацию работы по марксистско-ленинскому образованию кадров, частую их сменяемость[113].

На состоявшемся через месяц пленуме обкома ВЛКСМ первый секретарь А.А. Сухарев признал наличие ошибок в кадровой политике тамбовских органов ВЛКСМ. Поверхностный подход к подбору и выдвижению кадров привел к тому, что на комсомольскую работу иногда попадали случайные люди, неподготовленные и неграмотные. Как не внушающие доверия были освобождены от работы первые секретари Гавриловского и Платоновского райкомов, второй секретарь Токаревского райкома и другие. Целый ряд комсомольских работников отличались низким общеобразовательным уровнем (на момент проведения пленума 12 первых и 19 вторых секретарей не имели среднего образования). А.А. Сухарев согласился и с фактом частой сменяемости руководящих комсомольских кадров. За 1948-1949 гг. в Платоновском и Гавриловском районах три раза сменились первые секретари. В Бондарском, Гавриловском, Мордовском, Платоновском райкомах комсомола за этот период почти все работники сменились дважды.

Доклад первого секретаря обкома ВЛКСМ заканчивался выводами о необходимости перестройки работы с кадрами: «Товарищ Сталин учит нас, что для претворения в жизнь правильной политической линии нужны кадры, нужны люди, понимающие политическую линию партии, воспринимающие ее как свою собственную линию, готовые провести ее в жизнь, умеющие осуществлять ее на практике и способные отвечать за нее, защищать ее, бороться за нее. Вот почему работе с кадрами мы должны уделять максимум нашего времени.

1. В качестве первого требования, которое должно быть предъявлено пленумом и бюро обкома, райкомам и горкомам комсомола – выдвигать на работу политически проверенных, способных, энергичных, грамотных товарищей. В райкомах комсомола, по нашему мнению, должен работать человек, имеющий не менее среднего образования…

2. Необходимо принять меры к тому, чтобы ликвидировать текучесть кадров, строить свою работу в том направлении, чтобы закреплять кадры, делать их устойчивыми.

3. Необходимо, не жалея времени, учить комсомольских работников практике работы, учить марксизму-ленинизму»[114].

Текучесть кадров продолжала оставаться высокой и в последующие годы. Нередко это было связано с нелегкими социально-экономическими условиями. Сотрудники аппарата районных и городских комитетов комсомола по 2-3 месяца не получали зарплату[115]. Первый секретарь Сампурского райкома ВЛКСМ А.А. Суздальцев, выступая в декабре 1946 г. на пленуме обкома ВЛКСМ, с горечью констатировал: «По-моему, у каждого секретаря райкома комсомола, а особенно у тех товарищей, которые прибыли из армии, материальное положение неважное: что есть – солдатское, то и все. А семью имеешь 5-6 чел., получаешь одну зарплату и все. А в обкоме комсомола в финхозсекторе просишь: «Помогите нам получить то-то и то-то». – «Нет, мы ничего не можем сделать». Нельзя этого допустить, чтобы обком комсомола не мог поставить вопрос перед обкомом партии и ЦК комсомола помочь нам в работе и в улучшении материального положения»[116].

С целью выявления основных требований, предъявляемых к кандидатам на руководящие комсомольские посты, в исследуемый период нами были проанализированы 204 партийные и комсомольские характеристики первых секретарей обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ. Политические и идеологические качества, по-прежнему, стояли на первом месте. Впервые во главу рейтинга было поставлено требование проведения систематической работы над повышением своего идейно-теоретического уровня (в довоенный и военный периоды соответственно девятая (17 %) и десятая (14 %) позиции). Политическая грамотность и отсутствие партийных и (или) комсомольских замечаний (самые популярные качества комсомольских руководителей в 1937‑1940 гг. (57,5 и 47 %) и 1941-1945 гг. (59 и 58 %) занимали второе и тринадцатое место. В «первой пятерке» оказались также следующие качества: «наличие делового авторитета», «добросовестное отношение к работе» и «моральная устойчивость». На фоне невысокого общеобразовательного уровня молодежных лидеров логичным выглядит занимающее девятую строку требование повышение своего общего образования (17 %).

В целом рейтинг качеств руководителей комсомольских органов послевоенного периода выглядит следующим образом:

1. Систематическая работа над повышением своего идейно-теоретического уровня – 137 упоминаний (67 %);

2. Политическая грамотность – 135 (66 %);

3. Наличие делового (хорошего; заслуженного) авторитета среди комсомольцев и несоюзной молодежи (коммунистов; населения) – 112 (55 %);

4. Добросовестное (честное) отношение к работе – 84 (41 %);

5. Моральная устойчивость – 79 (39 %);

6. Инициативность – 77 (38 %);

7. Идеологическая выдержанность – 64 (31 %);

8. Наличие организаторских способностей и опыта комсомольской работы (хороший организатор) – 47 (23 %);

9. Энергичность – 37 (18 %);

10. Повышение своего общего образования – 35 (17 %);

11-12. Дисциплинированность – 33 (16 %);

11-12. Принципиальность в решении всех вопросов – 33 (16 %);

13. Отсутствие партийных и (или) комсомольских взысканий – 32 (16 %);

14. Активное участие в общественной жизни района – 30 (15 %).

Особе внимание в характеристиках комсомольских лидеров обращалось внимание на:

- организационное укрепление комсомольских организаций, рост их членов: «За период руководства горкомом ВЛКСМ заметно принимаются меры к организационно-политическому укреплению комсомольских организаций, наведению порядка в уплате членских взносов, ведению учета членов ВЛКСМ» (Л.П. Косенко, Мичуринский горком)[117]; «Много сил отдает делу воспитания молодежи, организационному укреплению комсомольских организаций. Только за один ноябрь месяц принято в члены ВЛКСМ 105 человек» (А.А. Чертыковцев, Моршанский горком)[118]; «Проводит большую работу по налаживанию комсомольской работы и укреплению малочисленных комсомольских организаций» (С.С. Исаев, Шпикуловский райком)[119];

- систематическую работу с первичными комсомольскими организациями: «За короткий промежуток времени его работы секретарем райкома ВЛКСМ улучшилось руководство РК ВЛКСМ первичными комсомольскими организациями, поднялся авторитет райкома ВЛКСМ» (Е.М. Макунин, Каменский райком)[120]; «Настойчиво добивается поправления дел в работе комсомольских организаций. Часто бывает в комсомольских организациях, оказывает им практическую помощь в составлении планов работы, подготовке и проведении комсомольских собраний, в налаживании агитационно-массовой работы среди комсомольцев и несоюзной молодежи» (А.П. Золотухин, Петровский райком)[121]; «Много внимания уделяет организационному укреплению первичных комсомольских организаций. За октябрь и ноябрь 1946 г. в районе укреплено 6 и вновь созданы 2 комсомольские организации» (П.Г. Попов, Ракшинский райком)[122];

- знание интересов и запросов молодежи: «Хорошо знает запросы заводской молодежи, ибо сам вырос на заводе 204» (И.Н. Дьячков, Котовский горком)[123]; «За время своей работы секретарем горкома ВЛКСМ сумел серьезно улучшить работу с комсомольским активом. Глубоко вникает в жизнь первичных комсомольских организаций, повседневно интересуется запросами комсомольцев и молодежи» (В.А. Епихин, Тамбовский горком)[124]; «С работой справляется, интересуется запросами и нуждами комсомольцев» (З.К. Семенова, Граждановский райком)[125]; «Пользуется деловым авторитетом среди комсомольцев и молодежи. Отзывчивый на их нужды и запросы» (С.А. Колезнев, Ламский райком)[126]; «Еще на учительской работе показала себя чутким товарищем и другом для молодежи. Трудолюбивая, скромная и в то же время настойчивая и требовательная к комсомольцам и комсомольским активистам» (Е.Ф. Кузовкина, Шапкинский райком)[127];

- желание работать: «К работе приступил с большим желанием, продолжает учебу в школе, хороший организатор» (А.И. Близнецов, Лысогорский райком)[128]; «В настоящее время с большим желанием взялся за улучшение организационно-политического укрепления комсомольских организаций, постановки политического просвещения в комсомоле» (Н.М. Ураев, Пичаевский райком)[129]; «Много сил отдает делу воспитания комсомольцев и молодежи» (А.И. Кривенцова, Платоновский райком)[130]; «К работе приступила с большим желанием и энергией» (Т.В. Медведева, Рудовский райком)[131].

В ряде характеристик встречаются следующие оценки: «культурный в обращении с товарищами»[132]; «чуткий и отзывчивый товарищ»[133]; «много читает художественной и политической литературы»[134]; «политически благонадежный»[135].

Характеристики первых секретарей обкома ВЛКСМ не содержат ни одного критического замечания либо пожелания: «Товарищ Родионов – серьезный, скромный товарищ, растущий работник»[136]; «Тов. Сухарев комсомольскую работу знает, грамотный, умеет исправлять свои ошибки. Областная комсомольская организация заметно организационно окрепла, больше стало уделяться внимания политико-воспитательной работе среди сельской молодежи»[137]; «Тов. Демченко В.Г. зарекомендовал себя умелым организатором, растущим товарищем, настойчивым, принципиальным работником. Часто выступает с хорошо подготовленными докладами, лекциями на политические и молодежные темы. Пользуется достаточным авторитетом в комсомольских организациях области»[138]. Отсутствуют нарекания и претензии и в характеристиках горкомовских секретарей.

Лишь семь комсомольских характеристик руководителей райкомов содержат указания на недостатки в работе: «Единственный недостаток заключается в том, что она иногда непринципиально решает вопросы комсомольской работы, не проявляет достаточной требовательности, что приводит к некоторым ошибкам в ее работе»[139]; «Как недостаток – редко бывает в первичных комсомольских организациях»[140]; «Зазнавчив, в некоторых случаях бездушен, медленно реагирует на замечания, груб и официален в обращении с работниками аппарата и комсомольцами, редко бывает в комсомольских организациях, а больше всего отсиживается в кабинетах»[141]; «В первые дни работы первым секретарем райкома ВЛКСМ проявил зазнайство в работе»[142]; «Не имеет достаточного опыта комсомольской работы»[143]; «Не систематически работает над повышением своего идейно-теоретического уровня. В работе проявляет недостаточно инициативы в виду малого опыта комсомольской работы»[144]; «На руководящей работе работает впервые, в работе еще неопытен, требует к себе повседневного внимания и оказания практической помощи в работе со стороны РК ВКП(б)»[145].

Итак, типичным представителем комсомольских руководителей послевоенного периода являлся 25-летний уроженец Тамбовской губернии, участник Великой Отечественной войны, выходец из крестьянской среды, имеющий среднее образование и репутацию политически грамотного и систематически повышающего свой идейно-теоретический уровень работника. Снижение общеобразовательного уровня молодежных лидеров в результате вливания в их ряды демобилизованных из Советской Армии, а также специфика условий послевоенного периода (когда задачи, решаемые в годы войны с помощью приказов, требовали принципиально иных подходов) привели к еще большему усилению партийной опеки над комсомольскими органами.

4. Сравнительный анализ социально-профессиональных характеристик  первых  секретарей  в  предвоенный,  военный и послевоенный периоды

С целью выявления тенденций в эволюции корпуса первых секретарей комитетов ВЛКСМ Тамбовской области сравним обобщенные данные о типичных социально-профессиональных чертах номенклатурных комсомольских работников предвоенного (1937-1940 гг.), военного (1941-1945 гг.) и послевоенного (1946-1953 гг.) периодов.

Роль своеобразного фильтра, с помощью которого происходил отбор наиболее достойных кандидатур, играли социальные параметры – экономо‑географическая характеристика мест рождения будущих первых секретарей, социальное положение их родителей, пол, возраст, национальность. Качественный состав кадров во многом определяли профессиональные параметры – партийный и комсомольский стаж, образовательный уровень, источники рекрутации, стаж работы в должности, основные направления ротации.

Экономо-географическая характеристика мест рождения

Анализ населенных пунктов, где родились будущие молодежные лидеры, позволяет сделать вывод о стабильной практике назначения на интересующие нас должности выходцев из сельской местности (см. Таблицу 1). На протяжении довоенного, военного и послевоенного периодов их доля в общей массе комсомольских руководителей оставалась неизменной – 90 %. Особо впечатляющим было преобладание сельчан среди руководителей райкомов. Этот факт представляется само собой разумеющимся, учитывая аграрный характер региона и главную задачу ВЛКСМ – мобилизацию молодежи на решение хозяйственных планов. Подтверждением этого служит выдержка из типичной комсомольской характеристики (в данном случае – первого секретаря Юрловского райкома ВЛКСМ в 1947-1951 гг.): «Тов. Юрьев все время работает в сельской местности, знает сельское хозяйство и организационные принципы управления делами в колхозах. Правильно нацеливает комсомольскую организацию района и несоюзную молодежь на выполнение задач на селе. По поручению райкома ВКП(б) оказывает практическую помощь колхозным первичным парторганизациям и руководителям колхозов в выполнении хозяйственно-политический кампаний»[146]. На областном и городском уровнях (прежде всего, в промышленных центрах – Тамбове, Котовске, Моршанске, Рассказово) прослеживается тенденция увеличения доли горожан в составе первых секретарей.

Таблица 1 – Особенности экономо-географических характеристик мест рождения первых секретарей Тамбовского обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ в 1937‑1953 гг.

Органы ВЛКСМ

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

горожане

сельчане

горожане

сельчане

горожане

сельчане

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Обком

 

 

3

100

3

75

1

25

1

33

2

67

Горкомы

4

27

11

73

7

44

9

56

11

52

10

48

Райкомы

14

9

144

91

6

4

132

96

11

5,5

188

94,5

Всего

18

10

158

90

16

10

142

90

23

10

200

90

Документы свидетельствуют о том, что молодежными лидерами, как правило, являлись представители центральных регионов России (см. Таблицы 2 и 3). Отсутствие преимуществ уроженцев Тамбовской губернии при назначении на интересующие нас должности в первые годы существования Тамбовской области (когда более половины первых секретарей обкома и горкомов были «чужими») имело недолгий характер. Активное назначение коренных тамбовцев началось уже в 1940 г. Особенно это приветствовалось в сельских райкомах. Районные организации должны были возглавлять люди, не понаслышке знающие проблемы конкретных сельских территорий. Тамбовские корни имели все первые секретари 6 из 38 райкомов в 1937-1940 гг., 25 из 43 райкомов в 1941-1945 гг., 21 из 44 райкомов в 1946-1953 гг. Довольно высоким был удельный вес «своих» и на городском уровне. В послевоенный период впервые соотношение первых секретарей областной комсомольской организации склонилось в пользу коренных жителей области.

Таблица 2 – Анализ состава молодежных лидеров по месту их рождения в 1937-1953 гг.

Губерния

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Тамбовская

106

60

125

79

182

82

Воронежская

32

18

9

6

4

2

Курская

9

5

4

2,5

6

3

Пензенская

1

1

3

2

4

2

Рязанская

7

4

-

-

3

1,5

Таблица 3 – Удельный вес уроженцев Тамбовской губернии среди комсомольских руководителей в 1937-1953 гг.

Органы ВЛКСМ

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Обком

-

-

1

25

2

67

Горкомы

8

53

11

69

13

62

Райкомы

98

62

113

82

167

84

Всего

106

60

125

79

182

82

Социальное происхождение

Показатель «социальное происхождение», на первый взгляд, не претерпел кардинальных изменений – доля выходцев «из крестьян» в итоге осталась прежней и составила 82 % (см. Таблицу 4). Однако этот высокий процент получен в основе своей за счет подавляющего представительства крестьян в составе первых секретарей райкомов ВЛКСМ (самой массовой группы) (см. Таблицу 5). В социальном составе руководителей областного и городского звеньев произошли существенные изменения в сторону увеличения доли рабочих и служащих (см. Таблицы 6 и 7). И если, как известно, происхождение «из рабочих» в советской стране было наиболее предпочтительным для ответственных должностных лиц, то первостепенный прием в партию, комсомол и, соответственно, назначение на номенклатурные должности работников, учитывающихся в партийной и комсомольской статистике как «служащие», по наблюдению ряда исследователей, «подчеркивало приоритет, отдававшийся верхами партии совершенствованию контроля над управленческими структурами»[147].

Таблица 4 – Социальное происхождение первых секретарей обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Социальное происхождение

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Из крестьян

144

82

127

80,5

182

82

Из рабочих

24

13,5

26

16,5

21

9

Из служащих

7

4

5

3

20

9

Из мещан

1

0,5

-

-

-

-

Таблица 5 – Социальное происхождение первых секретарей райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Социальное происхождение

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Из крестьян

133

84

121

88

174

87,5

Из рабочих

20

13

13

9

9

4,5

Из служащих

5

3

4

3

16

8

Таблица 6 – Социальное происхождение первых секретарей обкома ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Социальное происхождение

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Из крестьян

2

67

1

25

1

33

Из рабочих

-

-

3

75

2

67

Из служащих

-

-

-

-

-

-

Из мещан

1

33

-

-

-

-

Таблица 7 – Социальное происхождение первых секретарей горкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Социальное происхождение

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Из крестьян

9

60

5

31,25

7

33

Из рабочих

4

27

10

62,5

10

48

Из служащих

2

13

1

6,25

4

19

Половозрастной состав

В период становления Тамбовской области в руководстве органами ВЛКСМ преобладала «мужская рука» (среди первых секретарей мужчины составляли около 90 %). Динамику полового состава в дальнейшем можно охарактеризовать одевичиванием комсомольских кадров в годы Великой Отечественной войны и обратной волной в послевоенный период, вызванной активной инкорпорацией демобилизованных военнослужащих в субрегиональную номенклатуру (см. Таблицу 8).

Таблица 8 – Гендерный анализ состава руководящих комсомольских работников в 1937-1953 гг.

Органы ВЛКСМ

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

муж.

жен.

муж.

жен.

муж.

жен.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Обком

3

100

-

-

3

75

1

25

3

100

-

-

Горкомы

14

93

1

7

6

37,5

10

62,5

15

71

6

29

Райкомы

140

89

18

11

38

27,5

100

72,5

150

75

49

25

Всего

157

89

19

11

47

30

111

70

168

75

55

25

Относительно возрастных характеристик можно отметить «омоложение»  секретарского корпуса в 1941-1945 гг., наметившуюся тенденцию наличия различия среднего возраста по гендерному признаку, когда мужчины старше своих коллег-женщин (за исключением военного периода), а также «старение» кадров в зависимости от уровня занимаемой должности (см. Таблицу 9).

Таблица 9 – Сравнительный анализ возрастных характеристик молодежных лидеров в 1937-1953 гг.

Органы ВЛКСМ

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

средний

возраст

муж.

жен.

средний

возраст

муж.

жен.

средний

возраст

муж.

жен.

Обком

29

29

-

29

31

25

27

27

-

Горкомы

27

27

24

26

26

26

26

27

25

Райкомы

25,5

26

22

23,5

24

22

25

25

24

Органы ВЛКСМ

трех уровней

26

26

23

24

24

26

25

25

24

Национальный состав

Национальный состав комсомольско-молодежной элиты на протяжении всех трех периодов оставался однородным – отмечалось абсолютное преобладание представителей русской национальности. При этом удельный вес должностных лиц других национальностей  (украинской, белорусской, еврейской) сократился с 5,5 % в довоенный период до 1 % в послевоенные годы (см. Таблицу 10).

Таблица 10 – Национальный состав комсомольской элиты в 1937-1953 гг.

Национальность

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Русские

166

94,5

151

96

220

99

Украинцы

7

4

5

3

3

1

Белорусы

2

1

2

1

-

-

Евреи

1

0,5

-

-

-

-

Общеобразовательный уровень

Какие-либо требования к общеобразовательному уровню кандидатов при назначении на должности первых секретарей комсомольских органов не предъявлялись. Заметный рост уровня образования молодежных лидеров военного периода по сравнению с довоенным был связан с заменой мобилизованных на фронт мужчин женщинами, имеющими дипломы об окончании высших и средних учебных заведений – зачастую, педагогических. В условиях военного времени, когда основные задачи комсомольских работников заключались, прежде всего, в информировании и идейном воспитании населения, мобилизации молодежи на решение хозяйственных задач, профессиональные качества педагогов были востребованы как никогда.

Динамика комсомольских кадров в первые послевоенные годы, назначение первыми секретарями демобилизованных воинов Советской Армии, имевших в лучшем случае среднее образование и поверхностные знания политической грамоты, повлекли за собой некоторое снижение рассматриваемого показателя (см. Таблицу 11).

Таблица 11 – Сравнительный анализ общеобразовательного уровня первых секретарей обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Образование

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Высшее

8

4,5

20

13

17

7,5

Н/высшее

7

4

17

11

19

8,5

Среднее

75

43

90

56

133

60

Н/среднее

59

33,5

31

20

54

24

Начальное

27

15

-

-

-

-

В целом следует отметить увеличение удельного веса должностных лиц с высшим и незаконченным высшим образованием, а также средним образованием среди первых секретарей комитетов ВЛКСМ всех трех уровней – областного, городского и районного (см. Таблицы 12, 13 и 14).

Таблица 12 – Сравнительный анализ общеобразовательного уровня руководителей обкома ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Образование

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Высшее

-

-

-

-

2

67

Н/высшее

-

-

-

-

-

-

Среднее

-

-

4

100

1

33

Н/среднее

2

67

-

-

-

-

Начальное

1

33

-

-

-

-

Таблица 13 – Сравнительный анализ общеобразовательного уровня руководителей горкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Образование

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Высшее

2

13

2

12,5

6

28,5

Н/высшее

-

-

3

19

2

9,5

Среднее

9

60

9

56

12

57

Н/среднее

3

20

2

12,5

1

5

Начальное

1

7

-

-

-

-

Таблица 14 – Сравнительный анализ общеобразовательного уровня руководителей райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Образование

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Высшее

6

4

18

13

9

4,5

Н/высшее

7

4,5

14

10

17

8,5

Среднее

66

41,5

77

56

120

60

Н/среднее

54

34

29

21

53

27

Начальное

25

16

-

-

-

-

Комсомольский и партийный стаж

Важнейшей характеристикой социокультурного облика комсомольских чиновников являлась степень их участия в общественно-политической жизни города (района) и, прежде всего комсомольский и партийный стаж.

На основании решения VIII пленума ЦК ВЛКСМ (апрель 1939 г.) секретарями обкомов могли избираться комсомольцы с трехлетним стажем, а секретарями горкомов и райкомов – двухлетним. Принятое в ноябре 1942 г. решение ЦК ВЛКСМ о приеме в комсомол молодежи с 14 лет привело к заметному росту рядов ВЛКСМ за счет этой возрастной группы. Если в довоенный и военный периоды средний возраст вступления в ВЛКСМ будущих первых секретарей комсомольских органов составлял 16-18 лет (в 1937-1940 гг. в этом возрасте стали комсомольцами 53,5 %, в 1941-1945 гг. – 57,5 %), то две трети (66,5 %) молодежных лидеров послевоенного периода вступили в ВЛКСМ в 15-17 лет (см. Таблицу 15).

Таблица 15 – Возраст вступления первых секретарей комитетов комсомола области 1937-1953 гг.в члены ВЛКСМ

Возраст

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

14 лет

9

5

9

6

18

8

15 лет

19

11

14

9

59

26,5

16 лет

35

20

34

22

52

23

17 лет

31

17,5

35

22

37

17

18 лет

28

16

22

14

25

11

19 лет

21

12

16

10

14

6

20 лет

11

6

16

10

9

4

21 год

8

4,5

5

3

6

3

22 года

8

4,5

4

2,5

1

0,5

23 года

5

3

1

0,5

1

0,5

24 года

1

0,5

1

0,5

1

0,5

25 лет

-

-

1

0,5

-

-

Членство в ВКП(б), не являясь базовым условием назначения на номенклатурные комсомольские должности, активно приветствовалось. Партийная прослойка среди первых секретарей на протяжении рассматриваемых периодов оставалась очень весомой: в 1937-1940 гг. – 95,5 %, в 1941-1945 гг. – 89 %, в 1946-1953 гг. – 93 % (см. Таблицу 16). Факты работы руководителями комсомольских органов беспартийных отмечены лишь на районном уровне (единственное исключение из общей практики – один из первых секретарей Рассказовского горкома ВЛКСМ в послевоенный период).

Таблица 16 – Возраст вступления первых секретарей комитетов ВЛКСМ области 1937-1953 гг. в члены ВКП(б)

Возраст

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

18 лет

2

1

-

-

1

0,5

19 лет

3

2

3

2

9

4

20 лет

13

7

7

4,5

25

11

21 год

15

8,5

17

11

31

14

22 года

13

7

26

16

44

19,75

23 года

26

15

27

17

37

16,5

24 года

28

16

24

15

17

7,5

25 лет

16

9

19

12

24

11

26 лет

26

15

9

5,5

11

5

27 лет

14

8

3

2

4

2

28 лет

9

5

3

2

2

1

29 лет

3

2

3

2

3

1

На момент назначения не были членами ВКП(б)

8

4,5

17

11

15

6,75

Источники рекрутации

Анализ личных дел молодежных лидеров показал, что на протяжении всех трех рассматриваемых периодов предыдущим местом работы большинства комсомольских чиновников являлась низовая комсомольская и партийная работа: 56,5 % в 1937-1940 гг., 52 % в 1941-1945 гг. и 63 % в 1946-1953 гг. Традиционно среди первых секретарей была большая доля лиц, имеющих опыт педагогической работы (особенно в военный период). Призывы вышестоящих партийных и комсомольских органов о выдвижении на руководящую комсомольскую работу передовиков производства в итоге остались призывами, коснувшись в некоторой степени лишь секретарского корпуса комитетов ВЛКСМ промышленных городов (см. Таблицы 17, 18, 19, 20).

Таблица 17 – Источники рекрутации номенклатурных комсомольских работников области в 1937-1953 гг.

Предыдущее место работы

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Комсомольская работа

77

44

61

39

103

46

Партийная работа

22

12,5

21

13

38

17

Советская работа

3

1,5

2

1,25

8

3,5

Профсоюзная работа

-

-

1

0,5

-

-

Система народного образования

28

16

47

30

24

11

Промышленные предприятия

8

4,5

4

2,5

6

3

Сельское хозяйство

9

5

2

1,25

10

4,5

Другие отрасли

17

9,5

8

5

3

1

Учреждения культуры

5

3

6

4

9

4

Обучение в средних и высших учебных заведениях

2

1

-

-

-

-

Демобилизация из армии

5

3

5

3

22

10

Предыдущее место работы неизвестно

-

-

1

0,5

-

-

Таблица 18 – Источники рекрутации первых секретарей обкома ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Предыдущее место работы

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Комсомольская работа

2

67

4

100

3

100

Партийная работа

1

33

-

-

-

-

Таблица 19 – Источники рекрутации первых секретарей горкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Предыдущее место работы

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Комсомольская работа

8

53

9

56,25

13

62

Партийная работа

3

20

-

-

1

4,75

Советская работа

-

-

-

-

-

-

Профсоюзная работа

-

-

-

-

-

-

Система народного образования

-

-

2

12,5

2

9,5

Промышленные предприятия

3

20

4

25

4

19

Сельское хозяйство

-

-

-

-

-

-

Другие отрасли

-

-

1

6,25

-

-

Учреждения культуры

1

7

-

-

-

-

Обучение в средних и высших учебных заведениях

-

-

-

-

-

-

Демобилизация из армии

-

-

-

-

1

4,75

Таблица 20 – Источники рекрутации первых секретарей райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Предыдущее место работы

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Комсомольская работа

67

42,5

48

35

87

44

Партийная работа

18

11

21

15

37

18,5

Советская работа

3

2

2

1,5

8

4

Профсоюзная работа

-

-

1

1

-

-

Система народного образования

28

18

45

32,5

22

11

Промышленные предприятия

5

3

-

-

2

1

Сельское хозяйство

9

6

2

1,5

10

5

Другие отрасли

17

11

7

5

3

1,5

Учреждения культуры

4

2,5

6

4

9

4,5

Обучение в средних и высших учебных заведениях

2

1

-

-

-

-

Демобилизация из армии

5

3

5

3,5

21

10,5

Предыдущее место работы  неизв.

-

-

1

1

-

-

Стаж работы в должности

Пребывание в должности первого секретаря комсомольского органа, как правило, не имело длительного срока. В годы становления Тамбовской области это было связано с проводимыми в условиях массовых политических репрессий кадровыми чистками, непосредственно затронувшими ВЛКСМ. В военный период частую сменяемость кадров вызвали массовые мобилизации комсомольцев (в том числе номенклатурных работников) на фронт, а также на советскую, партийную и хозяйственную работу. Окончание войны повлекло назначение на руководящие комсомольские должности вчерашних фронтовиков (причем подобные назначения не имели прямой характер – в течение некоторого времени демобилизованные работали на производстве, транспорте, сельском хозяйстве, сфере образования и т.п.). Однако в целом следует отметить тенденцию увеличения срока исполнения обязанностей первого секретаря комитетов ВЛКСМ всех трех звеньев (см. Таблицу 21).

Таблица 21 – Средняя продолжительность исполнения обязанностей первого секретаря обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ в 1937-1953 гг.

Органы ВЛКСМ

1937-1940 гг.

(мес.)

1941-1945 гг.

(мес.)

1946-1953 гг.

(мес.)

Обком ВЛКСМ

10

20

24

Горкомы ВЛКСМ

7

19

22

Райкомы ВЛКСМ

13

16

21

Органы ВЛКСМ трех уровней

13

16

21

Основные направления ротации

Причины освобождения от должности комсомольских чиновников можно разделить на положительные (переход на партийную или вышестоящую комсомольскую работу, направление на партийную и комсомольскую учебу, переход на другую работу – в большинстве случаев по специальности) и отрицательные (необеспечение руководства, неизбрание конференцией, недостатки в работе и пр.) (см. Таблицу 22). Подчеркнем, что в указанной таблице даны сведения об официальных причинах ротации. В личных делах и выписках из протоколов заседаний бюро органов ВЛКСМ – прежде всего, довоенного и военного периодов – достаточно часто отсутствует информация о причинах освобождения от обязанностей должностного лица (в 1937-1940 гг. – 20 %, в 1941-1945 гг. – 23 %, в 1945-1953 гг. – 3 %). С определенной долей вероятности можно предположить об отрицательных причинах увольнения в подобных случаях.

По мере политического и социально-экономического развития региона каналы номенклатурной системы претерпевали некоторые изменения, однако, сохранялось незыблемым преобладание доли комсомольских руководителей, пришедших на должности с низовой партийно-комсомольской работы и освобожденных в целях продвижения по номенклатурной лестнице.

Таблица 22 – Сравнительный анализ официальных причин ротации комсомольских лидеров в 1937-1945 гг.

Официальная причина освобождения от должности

1937-1940 гг.

1941-1945 гг.

1946-1953 гг.

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Переход на другую

(в т.ч. вышестоящую) комсомольскую работу

17

12

25

20,5

18

8

Переход на партийную  работу

47

33,5

33

27

54

25

Переход на советскую работу

4

3

2

1,5

12

5,5

Переход на профсоюзную работу

-

-

1

1

-

-

Направление на партийную (комсомольскую) учебу

 

-

14

11,5

49

23

Переход на другую работу

(в т.ч. по работу специальности)

26

18,5

19

15,5

19

9

Освобождение по отрицательным причинам

13

9

12

10

40

18,5

Освобождение по семейным обстоятельствам (личной просьбе) и состоянию здоровья

4

3

7

6

24

11

Мобилизация в армию

29

21

9

7

-

-

Требования, предъявляемые к кандидатам на руководящие комсомольские посты

В 1937-1953 гг. обязанности первых секретарей органов ВЛКСМ области исполняли 557 человек. Комсомольские и партийные характеристики 398 из них, находящиеся на хранении в ГАСПИТО, были изучены с целью выявления основных требований, предъявляемых к молодежным лидерам. В результате получен перечень 9 наиболее часто упоминаемых качеств комсомольских чиновников в 1937-1953 гг. При выдвижении на руководящие должности превалировали политические и идеологические качества (см. Таблицу 23).

Таблица 23 – Контент-анализ характеристик руководителей обкома, горкомов и райкомов ВЛКСМ в 1937-1945 гг.

Упоминаемое качество

Итого в 1937-1953 гг.

Место в рейтинге в 1937-1940 гг.

Место в рейтинге в 1941-1945 гг.

Место в рейтинге в 1946-1953 гг.

Место в рейтинге

Количество упоминаний

абс.

%

Политическая грамотность

1

248

62

1

1

2

Работа над повышением своего идейно-теоретического уровня

2

167

42

9-10

10-12

1

Наличие делового (заслуженного) авторитета

3

163

41

6

6

3

Отсутствие партийных и (или) комсомольских взысканий

4

132

33

2

2

13

Добросовестное отношение к работе

5

131

33

11

3

4

Идеологическая выдержанность

6

116

29

5

7-9

7

Инициативность

7

110

28

8

13

6

Дисциплинированность

8

107

27

3

5

11-12

Активность, энергичность

9

70

18

9-10

7-9

9

Проведенный анализ социально-профессиональных характеристик корпуса первых секретарей комсомольских органов в 1937-1940, 1941-1945 и 1946-1953 гг. позволяет сделать выводы о том, что, несмотря на высокий уровень ротации кадров, их качественный состав практически по всем параметрам оставался стабильным. В большинстве своем это были мужчины 24-26 лет, уроженцы Тамбовской области, выходцы из крестьянских семей, имевшие среднее образование и опыт партийно-комсомольской работы в первичных организациях. Поскольку их главные задачи заключались в проведении политики партии в массы и организации участия молодежи в политических и хозяйственных кампаниях, именно политическая грамотность и систематическая работа над повышением своего идейно-теоретического уровня считались наиболее важными качествами комсомольских лидеров.


[1] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 1. Д. 415. Л. 1-6; Д. 1012а. Л. 2-4.

[2] ГАСПИТО. Ф. П-735. Оп. 1. Д. 493. Л. 10, 11; Ф. П-1045. Оп. 3. Д.18164. Л. 2; Ф. П-9019. Оп. 1. Д. 1772. Л. 11; Ф. Р-9285. Оп. 1. Д. 277. Л. 78-85.

[3] Тамбовский комсомол: грани истории.1918-1945. Тамбов, 2008. С. 4.

[4] ГАСПИТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 129, 615, 647; Ф. П-16. Оп. 1. Д. 102. Л. 18; Ф. П-59. Оп. 1. Д. 11. Л. 4; Ф. П-134. Оп. 2. Д. 477; Ф. П-159. Оп. 2. Д. 544, 1222; Ф. П-188. Оп. 2. Д. 40; Ф. П‑226. Оп. 2. Д. 391; Ф. П-355. Оп. 2. Д. 122; Ф. П-372. Оп. 40. Д. 10. Л. 57; Ф. П-398. Оп. 1. Д. 71. Л. 20; Д. 90. Л. 1 об.; Д. 93. Л. 8 об.; Ф. П-401. Оп. 38. Д. 6. Л. 118; Д. 13. Л. 4; Ф. П-462. Оп. 2. Д. 56, 114; Ф. П-577. Оп. 2. Д. 3025; Ф. П-597. Оп. 1. Д. 118. Л. 7, 54, 58; Ф. П-700. Оп. 40. Д. 1. Л. 25; Д. 6. Л. 158; Ф. П-735. Оп. 43. Д. 64. Л. 120; Д. 84. Л. 125; Д. 95. Л. 118; Ф. П-750. Оп. 2. Д. 290; Ф. П-882. Оп. 1. Д. 15. Л. 14, 34, 59 об.; Ф. П-998. Оп. 36. Д. 1. Л. 92; Д. 14. Л. 136; Ф. П-1014. Оп. 39. Д. 18. Л. 150; Д. 19. Л. 61; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 16, 17, 29, 121, 122, 272, 326, 435, 548, 634, 690, 790, 835, 984, 1016, 1210, 1287, 1347, 1579, 1678, 1753, 1853, 1927, 2272, 2273, 2459, 2502, 2518, 2524, 2659, 2663, 2704, 2711, 3003, 3093, 3152, 3214, 3377, 3378, 3832, 3855, 3856, 4248, 4532, 4582, 4583, 4769, 4905, 5066, 5071, 5186, 5242, 5260, 5261, 5292, 5327, 5407, 5439, 5560, 5730, 5751, 5766, 5962, 6034, 6077, 6158, 6166, 6416, 6433, 6439, 6829, 6860, 7070, 7103, 7198, 7395, 7481, 7575, 7810, 7830, 8076, 8433, 8672, 8839, 8840, 9199, 9254, 9304, 9326, 9328, 9411, 9412, 9496, 9615, 9647, 9648, 9727, 9785, 9786, 9855, 9856, 9962, 10082, 10155, 10226, 10448, 10569, 11235, 11357, 11393, 11516, 11665, 11704, 11705, 11749, 11761, 11790, 11847, 11848, 11892, 11916, 11927, 11928, 11973, 12010, 12090, 12246, 12249, 12316, 12865, 12916, 12917, 12939а , 13039, 13160, 13210, 13407, 13581, 13582, 13762, 13828, 13831, 14028, 14050, 14130, 14131, 14330, 14331, 14335, 14336, 14384, 14397, 14633, 14863, 14882, 15105, 15162, 15163, 15494, 15520, 15551, 15586, 15587, 16152, 16243,16690, 16835, 16836, 17063, 17459, 17571, 17623, 17683,17769, 17774, 17786, 17791, 17902, 18162; Ф. П-1159. Оп. 1. Д. 33. Л. 36-37; Д. 53. Л. 1-12; Ф. П-1163. Оп. 1. Д. 5. Л. 45; Ф. П-1169. Оп. 1. Д. 95. Л. 42; Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 130. Л. 4.; Д. 174. Л. 1, 2, 9, 10,  16; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 6, 32, 32а, 52, 78, 96,119, 143, 152, 174, 180, 187, 190, 248, 340, 492, 509, 548, 655, 663, 680, 698, 774, 776, 836, 923, 923а, 963, 997, 1001, 1041, 1043, 1070, 1086, 1096, 1101, 1125, 1191, 1228, 1251, 1263, 1269, 1331, 1336, 1337, 1352, 1353, 1434, 1483, 1579, 1640, 1752, 1795, 1836, 1916, 1933, 1936, 1936а, 1938, 1955, 1956, 1963, 2044, 2045, 2057, 2074, 2088, 2106, 2107, 2123, 2186, 2207, 2234, 2295, 2355, 2381, 2383, 2409, 2410, 2413, 2461, 2480, 2493, 2499а , 2506, 2519, 2571, 2573, 2581, 2721, 2729, 2750, 2775, 2790а, 2837, 2838, 2929, 2931, 3055, 3082, 3083, 3111, 3124, 3162, 3192, 3296, 3297, 3298, 3301, 3443, 3613, 3614, 3810, 3816; Ф. П-1196. Оп. 1. Д. 98. Л. 30; Д. 174. Л. 1-16; Ф. П-1217. Оп. 1. Д. 188. Л. 36, 52; Ф. П-1218. Оп. 1. Д. 24. Л. 13, 13 об; Д. 26а; Ф. П-1219. Оп. 1. Д. 9. Л. 71; Ф. П‑1221. Оп.1. Д. 27. Л. 6; Д. 40. Л. 16-26; Д. 54. Л. 1-26; Ф. П-8368. Оп. 1. Д. 384. Л. 156; Д. 434. Л. 35-37, 39; Д. 437. Л. 35, 36, 104; Д. 487. Л. 78, 79.

[5] Славный путь Ленинского комсомола. Т. 2. М., 1974. С. 20.

[6] Славный путь Ленинского комсомола. Т. 2. М., 1974. С. 20.

[7] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 2.

[8] ГАСПИТО. Ф. П-735. Оп. 43. Д. 95. Л. 118; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 6034; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 3082, 3083.

[9] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 5766, 11761.

[10] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 2.

[11] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 11761. Л. 28.

[12] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 3124. Л. 7.

[13] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 9727. Л. 12, 13.

[14] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2581. Л. 10, 11; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 121. Л. 16; Д. 6034. Л. 12, 13; Д. 9727. Л. 12, 13.

[15] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 1678. Л. 8; Д. 3377. Л. 11; Д. 5407. Л. 13; Д. 6166. Л. 16; Д. 17786. Л. 34.

[16] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2790а. Л. 9.

[17] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 13039. Л. 9.

[18] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1753. Л. 11.

[19] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 680. Л. 5.

[20] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 17459. Л. 15.

[21] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 548. Л. 10.

[22] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 790. Л. 15; Д. 1210. Л. 13; Д. 1678. Л. 8; Д. 2273. Л. 20; Д. 6829. Л. 16; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 680. Л. 5; Д. 2506. Л. 12.

[23] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 1678. Л. 8; Д. 6166. Л. 16.

[24] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 790. Л. 15; Д. 2273. Л. 20; Д. 10226. Л. 8.

[25] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 548. Л. 10; Д. 680. Л. 5.

[26] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3832. Л. 18.

[27] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 790. Л. 15; Д. 6829. Л. 16; Д. 3832. Л. 18; Д. 6166. Л. 16; Д. 8839. Л. 8; Д. 17459. Л. 15.

[28] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 2273. Л. 20; Д. 8839. Л. 8; Д. 13039. Л. 9.

[29] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14130. Л. 13.

[30] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 10226. Л. 8.

[31] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 2524. Л. 5; Д. 10226. Л. 8; Д. 14130. Л. 13 .

[32] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 16. Л. 6.

[33] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 509. Л.12; Д. 2295. Л. 5.

[34] Славный путь Ленинского комсомола. Т. 2. М., 1974. С. 21.

[35] Криворученко В.К. К проблеме репрессий в молодежной среде в 30-е годы ХХ столетия // Информационный гуманитарный портал Знание. Понимание. Умение. 2011. № 2. [Электронный ресурс]. URL: http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2011/2/Krivoruchenko_Repressions/ (дата обращения 2.02.2015).

[36] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 1.

[37] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 1.

[38] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 2.

[39] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 9, 9 об., 10.

[40] ГАСПИТО. Ф. П-1183. Оп. 1. Д. 174. Л. 10, 10 об.

[41] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 68. Л. 19, 21, 21 об.

[42] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 68. Л. 21, 21 об.

[43] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 63. Л. 164; Д. 68. Л. 87, 87 об.

[44] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 334. Л. 116.

[45] Павлухин Д.В. Комсомол в системе политического контроля (1934-1938 гг. На материалах Воронежской и Тамбовской областей) : дис. … канд. ист. наук. Тамбов, 2005; Слезин А.А. Комсомольский трагифарс под аплодисменты Сталину // Вестник ТГТУ. 2006. Т. 12. № 2. С. 520-530; Слезин А.А. Регулирование состава комсомола на рубеже 1920-х-1930-х годов и трансформация общественного правосознания // Право и политика. 2010. № 3. С. 547‑551; Степанов М.Г. «Большой террор» в СССР (1937-1938 гг.): проблемы концептуального осмысления в современной российской историографии // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2013. № 8. Ч. 2. С. 178-181 и др.

[46] Тамбовский комсомол: грани истории.1918-1945 гг. Тамбов, 2008. С. 250.

[47] КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Изд. 9-е. Т. 7. М., 1985. С. 106.

[48] Товарищ комсомол. Документы съездов, конференций и ЦК ВЛКСМ (1918-1968). Т. 2. М., 1969. С. 3-5.

[49] Славный путь Ленинского комсомола. Т. 2. М., 1974. С. 68-69.

[50] ГАСПИТО. Ф. П-735. Оп. 1. Д. 719. Л. 77; Ф. П-1045. Оп. 1. Д. 3578. Л. 29-32 об.; Ф. П‑1184. Оп. 1. Д. 688. Л. 20.

[51] ГАСПИТО. Ф. П-9019. Оп. 1. Д. 1659. Л. 3, 3 об.

[52] ГАСПИТО. Ф. П-68. Оп. 2. Д. 738; Ф. П-134. Оп. 2. Д. 91; Ф. П-159. Оп. 2. Д. 236, 237, 242, 954, 1196, 1197; Ф. П-257. Оп. 2. Д. 725; Оп. 36. Д. 14. Л. 14; Ф. П-319. Оп. 34. Д. 2. Л. 39; Ф. П-355. Оп. 2. д. 83, 884; Ф. П-462. Оп. 2. Д. 850, 1586; Ф. П-479. Оп. 40. Д. 2. Л. 19; Ф. П-577. Оп. 2. Д. 3007, 3395; Оп. 41. Д. 1. Л. 15; Ф. П-632. Оп. 2. Д. 607, 832б, 843а; Ф. П-735. Оп. 43. Д. 7. Л. 147; Д. 16. Л. 16; Д. 28. Л. 34; Д. 58. Л. 103; Д. 64. Л. 120; Д. 80. Л. 155; Д. 99. Л. 148; Д. 100. Л. 136; Ф. П-750. Оп. 2. Д. 516, 1383; Ф. П-965. Оп. 42. Д. 9. Л. 11; Ф. П-1014. Оп. 39. Д. 19. Л. 61; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 322, 377, 394, 523, 564, 689, 858, 865, 1002, 1003, 1004, 1101, 1109, 1227, 1336, 1682, 2060, 2409, 2484, 2485, 2555, 2692, 2742, 2975, 3014, 3133, 3178, 3201, 3233, 3234, 3347, 3572, 3836, 3865, 4030, 4091, 4218, 4257, 4413, 4656, 5212, 5243, 5574, 5617, 5929, 5994, 6256, 6262, 6623, 6624, 6722, 6731, 6915, 6957, 7078, 7184, 7330, 7830, 8144, 8670, 8707, 8708, 8709, 8790, 9146, 9419, 9674, 9727, 9819, 9937, 10287, 10395, 10630, 10647, 10748, 10874, 10886, 11332, 11333, 11413, 11454, 11540, 11568, 11761, 11895, 12011, 12012, 12091, 12316, 12359, 12424, 12448, 12449, 12456, 12542, 12606, 12712, 12808, 13160, 13211, 13246, 13335, 13364, 13365, 13415, 13416, 13417, 13538, 13539, 13564, 13777, 13853, 13946, 14035, 14335, 14336, 14348, 14473, 15003, 15071, 15171, 15226, 15275, 15319, 15320, 15347, 15428, 15634, 15650, 15780, 15857, 15941, 16601, 16522, 16523, 16720, 17047, 17172, 17682, 17900, 17993, 18081, 18211, 18212, 18374; Оп. 5. Д. 11, 98; Оп. 17. Л. 104; Ф. П-1164. Оп. 1. Д. 116. Л. 172; Ф. П-1169. Оп. 1. Д. 222. Л. 25-41; Д. 241. Л. 1; Д. 251. Л. 3-15; Ф. П-1181. Оп. 1. Д. 156. Л. 1; Д. 171-175; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 72, 139, 157, 185, 204, 207, 235, 287, 395, 420, 473, 480, 485, 501, 528, 541, 633, 644, 652, 724, 728, 781, 807, 808, 809, 810, 823, 824, 855, 864, 896, 975, 1072, 1150, 1280, 1281, 1412, 1443, 1444, 1464, 1484, 1683, 1702, 1791, 1800, 1876, 1899, 1957, 2088, 2216, 2217, 2218, 2221, 2260, 2276, 2281, 2380, 2398, 2399, 2526, 2542, 2543, 2581, 2586, 2595, 2615, 2616, 2624, 2642, 2650, 2658, 2681, 2775, 2818, 2820, 2840, 2865, 2872, 2912, 3073, 3231, 3257, 3267, 3278, 3315, 3316, 3346, 3347, 3348, 3390, 3391, 3400, 3549, 3550, 3585, 3666, 3722, 3795, 3843; Ф. П-2582. Оп.1. Д. 47. Л. 179-182.

[53] ГАСПИТО. Ф. П-159. Оп. 2. Д. 954; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3133, 10886, 12606, 13853; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 633, 2260.

[54] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 564, 3133, 11332, 11333, 13415, 15003; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 633, 2380, 2840.

[55] ГАСПИТО. Ф. П-159. Оп. 2. Д. 236, 237, 242; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3178, 3233, 3234, 11540, 12424; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 644, 2595.

[56] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12456. Л. 32, 32 об.

[57] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3865. Л. 22.

[58] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14336. Л. 21, 21 об.

[59] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 5574. Л. 5.

[60] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 5617. Л. 10.

[61] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14348. Л. 8.

[62] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 8790. Л. 17.

[63] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 6262. Л. 17.

[64] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2581. Л. 10, 11; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 121. Л. 16; Д. 6034. Л. 12, 13; Д. 9727. Л. 12, 13;

[65] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12456. Л. 32, 32 об.

[66] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3865. Л. 22.

[67] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 11761. Л. 28.

[68] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14035. Л. 9.

[69] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 2555. Л. 13; Д. 13564. Л. 11; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 204. Л. 3, 4; Д. 3315. Л. 4.

[70] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 3315. Л. 4.

[71] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 204. Л. 3, 4.

[72] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 15071. Л. 10.

[73] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 13415. Л. 12.

[74] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1280. Л. 5.

[75] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 11454. Л. 12.

[76] Бредихин В.Е. Комсомол Тамбовской области в годы Великой Отечественной войны: социально-политические аспекты деятельности: дис. … канд. ист. наук. Тамбов, 2004. С. 32-50, 51-57, 59; 77-85.

[77] Тамбовская область в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Т. 1. Тамбов, 2007. С. 6.

[78] Тамбовский комсомол: грани истории. 1946-1991. Тамбов, 2010. С. 8.

[79] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 716. Л. 41 об.

[80] ГАСПИТО. Ф. П-16. Оп. 34. Д. 9. Л. 128; Ф. П-68. Оп. 2. Д. 315, 339, 507, 718, 867; Ф. П-85. Оп. 28. Д. 1. Л. 3; Д. 6. Л. 136; Д. 7. Л. 32; Ф. П-164. Оп. 2. Д. 1179, 1180, 1399, 2394, 2581; Ф. П-189. Оп. 5. Д. 340, 1195; Оп. 6. Д. 12. Л. 99; Ф. П-226. Оп. 40. Д. 2. Л. 104; Ф. П-257. Оп. 36. Д. 1. Л. 124; Ф. П-319. Оп. 2. Д. 1814, 2293; Оп. 34. Д. 2. Л. 39; Д. 10. Л. 102; Д. 16. Л. 3; 136; Ф. П-320. Оп. 39. Д. 2. Л. 51; Д. 10. Л. 60; Д. 12. Л. 68; Ф. П-355. Оп. 2. Д. 739; Ф. П-361. Оп. 41. Д. 4. Л. 93; Ф. П-365. Оп. 40. Д. 2. Л. 47; 151; Ф. П-372. Оп. 40. Д. 10. Л. 123; Ф. П-401. Оп. 38. Д. 5. Л. 131; Ф. П-427. Оп. 41. Д. 3. Л. 113; Д. 4. Л. 150; Д. 7. Л. 44; 49; Д. 16. Л. 75; 87; Ф. П-461. Оп. 40. Д. 8. Л. 90; Ф. П-462. Оп. 2. Д. 1885, 1899; Ф. П-479. Оп. 2. Д. 2253; Оп. 40. Д. 4. Л. 100; Д. 5. Л. 95; Ф. П-513. Оп. 38. Д. 15. Л. 60; 134; Д. 20. Л. 62; Ф. П-577. Оп. 41. Д. 6. Л. 59; Ф. П-597. Оп. 2. Д. 2456; Ф. П-632. Оп. 2. Д. 1357; Ф. П-700. Оп. 40. Д. 4. Л. 91; Д. 5. Л. 106; Ф. П-735. Оп. 43. Д. 1. Л. 120; Д. 13. Л. 106; Д. 39. Л. 36; Д. 52. Л. 44; Д. 67. Л. 54; 78; Д. 69. Л. 111; Д. 74. Л. 135; Д. 80. Л. 155; Д. 86. Л. 7; Д. 92. Л. 66; Д. 99. Л. 148; Д. 115. Л. 38; Ф. П-750. Оп. 2. Д. 541; 1469; Ф. П-779. Оп. 2. Д. 2313, 2703, 3549; Ф. П-925. Оп. 41. Д. 2. Л. 48; Ф. П-998. Оп. 36. Д. 6. Л. 23; 133; Ф. П-1045. Оп. 1. Д. 343; Д. 9146. Л. 64; Оп. 2. Д. 5383; Оп. 4. Д. 39; 70; 107; 116; 117; 130; 361; 606; 1066; 1139; 1250; 1257; 1258; 1376; 1424; 1427; 1497; 1574; 1575; 1838; 1911; 1937; 1940; 2106; 2398; 2423; 2427; 2728; 2770; 2786; 3189; 3037; 3038; 3130; 3281; 3348; 3522а ; 3526; 3572; 3670; 3682; 3748; 4221; 4253; 4338; 4515; 4650; 4720; 4752; 4945; 4953; 5037; 5271; 5289; 5411; 5586; 5693; 5870; 6012; 6252а; 6282; 6286; 6306; 6449; 6609; 6617; 6618; 6628; 6648; 6692; 6693; 6694; 6719; 6720; 6841; 6915; 7047; 7060; 7124; 7295; 7616; 7702; 8115; 8215; 8216; 8333; 8631; 8801; 8960; 9057; 9144; 9307; 9431; 9574; 9914; 10092; 10098; 10144; 10203; 10280; 10701; 10704; 10111; 10650; 10866; 10917; 10938; 11282; 11332; 11333; 11514; 11560; 11611; 11852; 11853; 11854; 11855; 12011; 12012; 12083; 12217; 12253; 12359; 12381; 12451; 12542; 12606; 12633; 12634; 12724; 12728; 12847; 12974; 12989; 13099; 13244; 13331; 13332; 13446; 13651; 13652; 14012; 14222; 14223; 14224; 14207; 14237; 14312; 14380; 14381; 14552; 14652; 14653; 14654; 15081; 15090; 15171; 15364; 15745; 15784; 15961; 16055; 16099; 16100; 16121; 16190; 16231; 16400; 16444; 16526; 16560; 16643; 16707; 16941; 17149; 17264; 17377; 17411; 17429; 17481; 17503; 17602; 17690; 17994; 18075; 18147; 18278; 18283; 18304; 18351; 18364; 18410; Оп. 5. Д. 203; 278; 334; 359; 584; 587; 636; Оп. 17. Д. 159; 182; 192; 197; 200; 307; 366; 371; 402; Оп. 22. Д. 61; Оп. 45. Д. 55; Оп. 50. Д. 757; 1047; Оп. 51. Д. 85; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 7; 13; 26; 30; 33; 63; 82; 113; 197; 216; 238; 240; 266; 273; 274; 276; 290; 306; 318; 345; 346; 350; 366; 377; 464; 469; 478; 479; 538; 550; 556; 592; 608; 621; 625; 631; 649; 666; 687; 688; 692; 699; 724; 744; 748; 855а; 874; 881; 903; 944; 955; 957; 1005; 1012; 1038; 1064; 1087; 1095; 1112; 1153; 1154; 1170; 1213; 1242; 1278; 1279; 1290; 1293; 1294; 1299; 1300; 1342; 1344; 1382; 1389; 1403; 1406; 1427; 1430; 1444; 1471; 1478; 1498; 1500; 1527; 1528; 1543; 1601; 1611; 1615; 1618; 1647; 1654; 1658; 1677; 1678; 1695; 1696; 1706; 1716; 1735; 1740; 1765; 1787; 1829; 1851; 1876; 1877; 1898; 1935; 1959; 1960; 1976; 1995; 2066; 2108; 2109; 2111; 2116; 2120; 2122; 2136; 2154; 2222; 2246; 2247; 2273; 2291; 2297; 2370; 2378; 2380; 2406; 2411; 2412; 2428; 2439; 2441; 2442; 2494; 2495; 2526; 2531; 2532; 2564; 2574; 2586; 2642; 2650; 2687; 2688; 2718; 2737; 2741; 2760; 2798; 2816; 2843; 2887; 2909; 2953; 2954; 2955; 2968; 2969; 2978; 2979; 3013; 3019; 3024; 3025; 3029; 3038; 3041; 3053; 3087; 3089; 3116; 3211; 3213; 3214; 3219; 3248; 3270; 3338; 3352; 3382; 3383; 3412; 3416; 3425; 3432; 3449; 3456; 3506; 3529; 3533; 3557; 3558; 3569; 3598; 3599; 3633; 3682; 3715; 3733; 3737; 3749; 3755; 3774; 3776; 3798; 3811; 3812; 3883; 3895; 3920; 3922; 3927; 3934; 3936; 3943; Ф. П-2582. Оп. 40. Д. 7. Л. 120; Д. 9. Л. 21; Д. 17. Л. 71; Д. 21. Л. 155; Ф. П-2875. Оп. 2. Д. 65.

[81] Тамбовский комсомол: грани истории. 1946-1991 гг. Тамбов, 2010. С. 9.

[82] Айрапетов В.А. Динамика качественных характеристик административно-политической элиты СССР в период «позднего сталинизма»: историко-политический анализ // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2008. Вып. 4 (60). С. 66.

[83] Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. М-6. Оп. 11. Д. 690. Л. 1.

[84] Айрапетов В.А. Динамика качественных характеристик административно-политической элиты СССР в период «позднего сталинизма: историко-политический анализ // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2008. Вып. 4 (60). С. 62-63.

[85] КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Изд. 9-е. Т. 7. М., 1985. С. 254.

[86] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 9727; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2088.

[87] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3865; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 781.

[88] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12808.

[89] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14348.

[90] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д.733. Л. 54, 54 об.; 71 об., 72.

[91] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 1937. Л. 10.

[92] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 17264. Л. 22.

[93] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1678. Л. 4.

[94] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2979. Л. 5.

[95] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 5586. Л. 11.

[96] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 3219. Л. 7.

[97] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14207. Л. 17.

[98] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 117. Л. 12; Д. 1250. Л. 9; Д. 1937. Л. 10; Д. 4253. Л. 22; Д. 5037. Л. 13; Д. 6609. Л. 6; Д. 7047. Л. 13; Д. 8801. Л. 18; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 82. Л. 5; Д. 2291. Л. 4; Д. 2532. Л. 6; Д. 2979. Л. 5.

[99] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 1911. Л. 9; Д. 7047. Л. 13; Д. 11852. Л. 7; Д. 14207. Л. 17; Д. 16121. Л. 9; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 649. Л. 6; Д. 1654. Л. 8; Д. 1898. Л. 7; Д. 3219. Л. 7.

[100] Айрапетов В.А. Динамика качественных характеристик административно-политической элиты СССР в период «позднего сталинизма: историко-политический анализ // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2008. Вып. 4 (60). С. 63.

[101] Белоногов Ю.Г., Мазука А.А. Инкорпорация демобилизованных военнослужащих РККА в субрегиональную номенклатуру Молотовского обкома ВКП(б) во второй половине 1940-х годов // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2013. № 10. Ч. 2. С. 30-34.

[102] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 6012. Л. 11; Д. 9914. Л. 15; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1005. Л. 7; Д. 1740. Л. 11.

[103] Товарищ комсомол. Документы съездов, конференций и ЦК ВЛКСМ (1918-1968). Т. 2. М., 1969. С. 46-47.

[104] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3670, 5289, 5693, 6617, 6618, 7047, 9057, 11854, 11855; 17429; Оп. 5. Д. 636; Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 113, 744, 1095, 1170, 1382, 1471, 1876, 2495, 3213, 3214, 3598, 3599, 3737, 3811, 3812.

[105] Сенявская Е.С. Человек на войне: опыт историко-психологической характеристики российского комбатанта // Отечественная история. 1995. № 3. С. 9

[106] Белоногов Ю.Г., Мазука А.А.. Инкорпорация демобилизованных военнослужащих РККА в субрегиональную номенклатуру Молотовского обкома ВКП(б) во второй половине 1940-х годов // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2013. № 10. Ч. 2. С. 30-34.

[107] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 17. Д. 307; Ф. П-735. Оп. 43. Д. 86. Л. 7.

[108] ГАСПИТО. Ф. П-735. Оп. 43. Д. 99. Л. 148; Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3748, Д. 15171; Ф. П‑1184. Оп. 2. Д. 757.

[109] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д.733. Л. 16 об.

[110] Тамбовский комсомол: грани истории. 1946-1991 гг. Тамбов, 2010. С. 16-17.

[111] Славный путь Ленинского комсомола. Т. 2. М., 1974. С. 254.

[112] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д.733. Л. 16 об.

[113] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 881. Л. 2-13.

[114] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 881. Л. 14-15.

[115] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 716. Л. 45 об., 46.

[116] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 1. Д. 716. Л. 46.

[117] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 7295. Л. 39.

[118] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 17264. Л. 22.

[119] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1170. Л. 1.

[120] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1898. Л. 7.

[121] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 5289. Л. 22.

[122] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12381. Л. 27.

[123] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 4253. Л. 22.

[124] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 903. Л. 3, 3 об.

[125] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 14012. Л. 9.

[126] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 6692. Л. 7.

[127] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 1647. Л. 7.

[128] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 1424. Л. 7.

[129] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 16121. Л. 9.

[130] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 7616. Л. 8.

[131] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 9574. Л. 6.

[132] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 117. Л. 12.

[133] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2066. Л. 7.

[134] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 17. Д. 182. Л. 8.

[135] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 2770. Л. 19.

[136] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 17. Д. 307. Л. 10.

[137] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 15171. Л. 19.

[138] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3748. Л. 30.

[139] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 2066. Л. 7.

[140] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12381. Л. 27.

[141] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 15745. Л. 6.

[142] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 12989. Л. 12.

[143] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 3522а. Л. 13.

[144] ГАСПИТО. Ф. П-1184. Оп. 2. Д. 197. Л. 45.

[145] ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 4. Д. 2427. Л. 9.

[146] ГАСПИТО. Ф. П-462. Оп. 2. Д. 1899. Л. 14.

[147] Кометчиков И.В. Сельские первичные организации КПСС Центрального Нечерноземья середины 1940-х – начала 1960-х гг.: численность, состав, функционирование // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2014. № 11. Ч. 1. С. 107-114.

Категория: Статьи   Опубликовано: 22.03.2016 18:34  Автор: М.М. Дорошина   Просмотров: 2142

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика

(C) 2018 ТОГБУ "ГАСПИТО" - gaspito.ru